Дураком себя чувствуешь, особенно как вашего брата-контрабандиста ловишь. На редкость грамотные попадаются…
— Тяжело сейчас в Китае, — вздохнул Лю Чжэнь.
— Э, да что там тяжело! — выдохнул Вадим. — И в Китае никто не голодает, и у нас. Раньше досыта есть — счастье было, а теперь ты на аспирантуру деньги копишь… Ну да всяк к своему стремится. Ты говоришь — тяжело… Что у нас — черви да японцы досаждают! Так это же мелочи.
— Не сказал бы я, — осторожно заметил Лю Чжэнь.
— Мелочи! — решительно ответил Вадим. — Вот инженерам японским тяжело, что во времени странствуют.
Мозги свернуть можно, если такое представить… Контрабандистам, вроде тебя, когда каждый обидеть может, и у которых денег как не было, так и нет. Солдатам из регулярной армии — видел бы ты их броню! Парням в штабах, командирам, что с японцами в хитрости соревнуются… А у нас, казаков, работа на свежем воздухе! Приключения — только тогда, когда сам их ищешь! Сам себе господин, сам себе хозяин. Деньги платят почти что ни за что, премиальных много.
Да и вообще — если ранят раз в год, или мотоцикл на себе сто верст тащить придется, или в пожар попадешь — так сам виноват! У других проблем куда больше. Мы — дружина! Мы — лучшие. У нас легкая жизнь!
Дмитрий Рогозин
УМКА
Лишь по прошествии лет я решился наконец рассказать тебе о той цепочке таинственных событий, происшедших с нами одной дождливой питерской осенью.
Ты спрашиваешь откуда я узнал всё? Да я в последнее время много чего узнал.
Небо над Питером плакало безутешно и не могло остановиться.
Из окон большого загородного дома просматривался дворик и кусочек парка, раскрашенного в оттенки серого. Андрей Елькин, следователь прокуратуры, поморщился от вида этой грустной картины и вышел на улицу.
Грузный старый человек лежал в грязи. Дорогое чёрное пальто, намокшее от дождя, ботинки Lloyd, серый шёлковый шарф. Андрей поёжился на октябрьском ветру и, бросив недокуренную сигарету, направился по тропинке в парк.
Свидетели утверждали, что Покровского, крупного бизнесмена и политика, расстрелял собственный племянник.
Сам незадачливый убийца валялся метрах в пятидесяти, настигнутый выстрелом охранника. Одетый в кожаную куртку, он лежал, раскинув руки и уткнувшись лицом в ковёр из листьев. Чуть-чуть не добежал до забавного деревянного мостика через ручей. Елькину эта картина почему-то напомнила старый клип ДДТ «Осень».
Покровский был известен своим невероятным взлётом, которого он добился за весьма короткий срок.
