И даже провели переоборудование самолетов, — ответил Ивхен. — Только вот правильно ли они все рассчитали?
— Что же, здесь мы это не узнаем. Это вопрос к техотделу Управления. У вас все? Вы уже десять часов тут работаете — все собрали?
Ивхен кивнул.
— Тогда готовьтесь — уезжаем. А я пока сам посмотрю, что там внутри творится. — Янни протянул Ивхену телефон и бутыль с водой. — Ты сообщи этому… как его… Симитё, что можно вызывать эвакуаторов и ремонтников. Пусть чистят полосу.
Сен-шангер протиснулся в покореженную дверь салона и осмотрелся.
Судя по всему, пожар внутри салона бушевал недолго. Противопожарная система сработала быстро и качественно, как и пожарные и спасательные службы аэропорта. Из полутора сотен пассажиров рейса 012–454 большая часть осталась в живых. Тем более интересно, почему погибли остальные.
Он подозревал, что дело отнюдь не только в стойках шасси.
Янни набросил на глаза пластину универсального сканера и медленно отправился вдоль салона.
Через четверть часа он выбрался из груды покореженного алюминия и пластика, в которую превратился «Цветок ветра».
Во внутреннем кармане его формы лежала оплавленная металлическая фигурка. Отправив подчиненных в центральный офис Управления, он быстро подписал нужные бумаги у начальника аэропорта, и сел в машину."
"Достав из кармана оплавленный кусок металла, он внимательно его рассмотрел. Да, это был именно родовой знак Хёгушангера Чженси. Металл оплавился и потек в огне, но все признаки были налицо. Но кто мог вызвать такой гнев Чженси, что он приказал устроить катастрофу самолету с полутора сотнями жителей Кинто и Ла-Тарева на борту? И можно ли ему, Янни, оставаться и далее в Шангасе, под командованием столь неразумного правителя? И прав ли он, офицер Шангаса пятого ранга, в своих подозрениях.
Несколько минут Янни обдумывал положение, в которое он попал.
Как непросто.
Господин таку-шангер был стар, сух телом и брюзглив. Говорили, будто он прожил на свете более девяти дюжин лет и приближался к своему второму в жизни канджао.
Как удивительно.
Его утонувшие среди многочисленных морщин глаза неотрывно смотрели на картину за спиной Янни. Картина изображала демона хоманакэ — демона долгих скитаний — в виде большой каменной стены на ножках; по мысли древнего мастера картина уберегала от бесцельных усилий. Почему она так полюбилась уважаемому господину Хеташоё Киримэ, начальнику отдела случайностей, никто в Управлении полиции сказать не мог.
