Купив подорожавший на пятнадцать копеек за сутки кирпичик черного — отпущенные цены неслись, словно им под хвост сунули стручок перца, — Василий Петрович пошел домой. Надо было еще позавтракать и успеть вовремя на работу. В подъезде он машинально, по многолетней привычке, посмотрел па почтовые ящики. Выглядели они гадко: струпья сажи, облупившаяся краска, незакрывающиеся дверцы — месяц назад подростки сожгли здесь газеты. Ремонт делать никто не собирался, да и большинству жильцов тоже было все равно. Тут-то Василий Петрович и заметил с удивлением, что на черном фоне белеет кончик конверта.
И торчит он именно из его ящика. Еще удивительнее оказалось то, что письмо действительно было адресовано ему — Кабикову В. П. Зато не было данных отправителя и почтовых штемпелей.
«Ладно, дома разберусь», — решил Василий Петрович, поднимаясь к себе на пятый этаж по лестнице. Лифт был уже два дня как сломан.
Газ, открытый на полную, сначала фыркнул, а потом еле затеплился. «Ну вот, батареи чуть живые, а тут еще и с газом перебои», — подумал Кабиков, ставя на плиту чайник.
За окном уже светало и лампочку он, из экономии, решил не включать.
Конверт был новенький. Внутри оказался всего один листок с напечатанным на машинке текстом. Василий Петрович нацепил очки и принялся читать.
«Если вы прикаснулись к этому письму — вы избраный. Наконец-то оно пришло к вам. Это письмо несчастья».
«Вот ведь бред, да еще и неграмотный бред, — подумал Кабиков. — Письмо несчастья! И охота же кому-то такой чушью заниматься».
Он налил себе чаю и все-таки вернулся к чтению.
«Письмо обошло 664 человека во всех странах. Вы — 665-й. У вас есть 13 часов, чтобы отослать его кому угодно. Иначе вы умрете.
Письмо должно быть отправлено 666 раз. Если оно будет отправлено 666 раз, значит его приняли люди, каторые не хотят умирать за других. И настанет конец всему и царь Тьмы освободиться! И 666 избраных будут счастливы возле трона его и будут властвовать душами.
Не пытайтесь уничтожить письмо.
Это сделать нельзя. Отправьте его другому, если не хотите умиреть!!!»
«Чушь-то какая! Не лень же было какому-то идиоту», — думал Василий Петрович, разрывая письмо в клочки. Пора было на работу."
"Что от «Сокола», что от «Аэропорта» до ОКБ имени Яковлева идти примерно одинаково. И разница только в том, навстречу ветру ты пойдешь, или тебе будет с ним по пути. Кабиков предпочитал ехать до «Сокола» — зимой ветер в спину все-таки лучше, чем в лицо.
