Хитрого старого хрыча стоит оставить в качестве последнего
источника информации.
Я сбросила хлам со стула, очистив место, и устроилась за столом. Небольшой направленный
импульс силы, пирамидка начинает гудеть, и передо мной разворачивается качественная
трехмерная проекция.
Запись резали. Резали и собирали по частям. Угол обзора тоже был выбран специально,
видно было только кусок каменной кладки, и свободно сидящего на стуле жреца в серой
тоге, с татуированными по локоть руками, как будто покрытыми черными змеиными
чешуйками.
Немее. И тут Немее.
Искаженный артефактом голос спрашивал, а жрец отвечал.
«Заказ печатей на крови... Старший в роду...Божественная немилость... Четыре декады...
Восстанавливали печать...»
И снова те же ответы по кругу. Жрец говорил одно и то же, как птица-говорун.
Взгляд жреца был расфокусированным, зрачки разного размера, двигательная активность и
артикуляция нарушена - взламывали сознание. Я прокрутила запись дважды, потом ещё
дважды, но информации было очень мало.
Что мы имеем? Немилость Немеса - факт. Если верить записям Серых, то заказная на"
"крови. Род - Блау, если учесть, что печать у меня. Старший в роду? Не понимаю. Старший у
нас дядя, а не я. Самым сложным вопросом были сроки. Геб сказал истончается, значит
наложили не сейчас, четыре декады... четыре декады... четыре декады... ничего не понимаю.
Знает ли Луций больше? Знает ли больше дядя? Я покосилась на пустую полку стеллажа.
Возможно.
***
На третьем уровне подземелий ничего не изменилось.
Было холодно, сыро, на стенах
лежала изморозь, и факелы чадили еле-еле.
На полу камеры остались черные следы от молний. У дальней стены стояли пустые
пыточные стулья, со свисающими кандалами из артефактного железа. Юнис и Юстас
исчезли.
Я сплела первый узел атакующих чар и ушла в тень, скользнув к стене. Слугам я запретила
входить в камеру прямым приказом, значит это кто-то чужой. Но чужим не пройти на третий
уровень. Империалы тихо звякнули в кармане, напоминая, зачем я вернулась.
- Вайю, - плетение я удержала в последние мгновения, не ударив рефлекторно, узнав голос
Люка. - Это я, - Люк шагнул на свет, подняв вверх руки, унизанные кольцами. - Я. Я один.
- Где? - я кивнула в дальний угол.
- В хладном. Приготовят к погребению.
Слуги зайти не смогли, значит, пришлось таскать самому.
- Надеюсь, ты не ждешь благодарности?
Люк неопределенно пожал плечами, не планируя приближаться.
