Зачем он
подарил мне заведомо бесполезную вещь? Или вместо того, чтобы швырнуть плетения,
можно воздействовать более эффективно - физически, и не доводить до поединка силы?
Это намек на Хейли?
Третий предмет лежал в большом тубусе. Я открыла крышку, аккуратно вытащила
свернутый в трубочку рисовый лист плотной бумаги и разложила на столе.
- Черным-черно всё, - пробурчала сбоку любопытная Нэнс. - Разве девушке такое дарят...
цветы, пейзажи...
- Фрукты, - закончила я со смехом. Про тайную любовь Нэнс к натюрмортам знали все.
- Фрукты, - упрямо кивнула головой аларийка. - А это что ж...
- Это гроза, Нэнс, - я подняла картину на свет, рассматривая алую печать Мастера в углу. -"
"Репродукция очень известного сюжета. - Над горами сверкали молнии, и метались птицы.
- Картина называется «Грозовая охота»...
- Тем более, - Нэнс уперла руки в бока. - Все знают, что охоту мисси не признает совсем...
- Это не такая охота Нэнс, - я погладила темную храбрую маленькую птичку на фоне ослепительно белой молнии, - они готовы умереть, вот почему выигрывают.
Опасность
везде - молнии с неба, корши, ливень, но те, кто прячутся, умирают во время грозы Нэнс.
Единственный способ выжить - это лететь прямо навстречу шторму... - закончила я тихо. -
Повесим вот сюда, - я примерилась - место между зеркалом и дверью подходило идеально
- самая большая стена и ничего не будет отвлекать внимания.
- Мисси, - аларийка явно расстроилась. - Вы же в спальне ни-ни... ни единого листика на
стенах.
.. если уж передумали, я вам хороших принесу. С яблоками, и цветами. А такая
чернота - это страх какой... вот ночью проснетесь, али утром и испужаетесь...
- Это напоминание, Нэнс, - проговорила я задумчиво. - Поэтому должно быть всегда перед
глазами, чтобы я не успела забыть...
***
Дом спал. Дремали слуги, охрана отважно боролась со сном на посту, помаргивая
ресницами, и нет-нет, да высовываясь на улицу, чтобы вдохнуть морозного воздуха и
отереть лицо снегом. Мы скользили по нижним коридорам бесшумно и быстро, Ликас шел
каким-то странным летящим шагом, что я почти не поспевала за движениями Учителя и ему
приходилась ждать меня на поворотах.
Бутч спал тоже, и пара аллари у его дверей гарантировали, что мы первыми узнаем о его
пробуждении. В подвалах было холодно. Мое плетеное кресло так и стояло с прошлого раза,
когда допрашивали Ливию. Супостат был надежно привязан к тому же стулу широкими
кожаными ремнями и обнажен до пояса.
