- Рели увезла тебя, - наконец выдохнул он. - Мы не общались, почти не разговаривали весь
последний год, и пока я лечился, она увезла тебя, Вайю. Оставила Акселя, взяла тебя, отряд
аларийцев и просто уехала, не сказав ни слова... Аксель помнит. Рели очень старалась, но
так и не смогла относиться к нему как раньше, поэтому сначала начала избегать, а потом и
вовсе уехала.
- И?
- Она уехала к Хэсау, - дядя погладил лакированную крышку коробки, - но Глава не принял
её обратно... не принял вас. Дальше.
.. Рели уехала в предгорья, взяла тебя, оставила аларийцев внизу и вернулась через декаду - это всё, что я знаю. Рели... так и не сказала, что
именно она сделала.
- Дядя!
- Ты помнишь лошадок? Лошадки и звездочки...
- И рыбки! Причем тут это дядя?
- В последний год, когда Рели последний раз создавала для тебя иллюзии?
- Я не помню, дядя! И по-моему лошадей мне чаровал как раз ты...
- Я тебе скажу - в конце не было ни одной лошадки. Вайю... потому ты прибегала ко мне.
Рели не могла, к концу года она не могла больше пользоваться силой, её источник был
поврежден, Вайю.
Она нарушила клятву, - дядя снова помолчал. - По-крайней мере все
симптомы схожи... Возможно, она решила, что больше ничего не должна Светлым - Юстиний
всё-таки умер. Она что-то сделала с тобой, Вайю. Отголоски ритуалов я чувствовал через
алтарь - ты была признана Родом с самого рождения. Что она делала, как, - дядя по
привычке запустил пятерню в волосы, забыв, что сегодня ему заплели косу, - но у нее
получилось.
Рели призналась перед смертью, что теперь у тебя есть шанс... что у ее дочери
будет выбор, которого ее лишили с рождения... и чтобы я поклялся силой, что никогда,
никогда не буду учить тебя Зову, если темный источник все-таки проснется... Теперь ты
понимаешь?
- Вы ждали, - эхом протянула я. - Ты, Виртас, Луций... ты знал...
- Предполагал, - поправил меня дядя. - И надеялся. Виртас считал, что это практически
невозможно и шансы близки к нулю, особенно, когда прошло двенадцатилетие, а ты так и
оставалась Светлой.
.. Я не знаю, чем Рели заплатила за это, но у нее получилось.
Дядя подвинул коробку по столу ко мне и жестом разрешил открыть. На мгновение мне
показалось, что там тоже будет коготь... очередной. После подземелий и хранилища Блау я
уже была готова верить во что угодно.
В коробке были письма. Старые свитки, с сургучными печатями, с оттиском маминого
родового перстня с гербом Хэсау.
