Умный мальчик, или натаскали хорошо - на территории ложи действуют законы клановых
земель, это суверенная территория. В полной форме клана Хейли, даже бляху и ту навесил
прямо на грудь. Чтобы точно заметили те, у кого не очень со зрением?
Я покосилась на штандарты Блау и Хэсау, развивающиеся рядом, в нашем случае - законы
какого Клана приоритетнее? Таких прецедентов ещё не было, и это преполагало, что
союзные стороны договорились о правилах, но мы то - нет, или мне об этих правилах
просто забыли сообщить."
"Если Хейли хотели привлечь внимание, могли бы отправить его со здоровым штандартом из
ложи - так было бы видно и с другой стороны поля тоже.
Мальчик пришел не один, он
пришел с вазой. Большой фарфоровой вазой, расписанной голубой глазурью.
Я держалась из всех сил, чтобы не заржать - икать я почти перестала, но в крови как-будто
бурлили веселые пузырьки, и эта псакова ваза просто приковала мой взгляд. Ничего
нелепее я ещё не видела. Люци больно наступил мне на ногу под столом, видимо, чтобы не
смеялась сильно.
У Хейли - получилось. Все внимание публики было приковано не к танцам, а к нашей ложе.
Мало кто пропустил это явление при наличии полных регалий гвардейца и... вазы. А те, кто
пропустил, тем скоро обязательно расскажут, поделившись свежей информацией.
Гвардеец Хейли молчал, продемонстрировав должное почтение, сжимая в одной руке
свитки, другой, поддерживая неудобный предмет, который так и норовил выскользнуть.
Люк махнул ему рукой, допуская к светлейшему телу, но парнишка не сдвинулся с места,
продолжая ждать знака от меня.
Посыл был не двусмысленным - это сообщение для Блау, а единственная Блау здесь - я.
Значит ваза - тоже мне? Мне как раз не хватало вазы.
У меня вырвался смешок и Люци пнул меня под столом ещё раз - было больно. В том, что
Хейли не пишут ничего доброго, я не сомневалась, но изящный голубой рисунок на фарфоре
притягивал мой взгляд.
- Прошу...ик..., - я взмахнула рукой, косясь на крайне хмурого Люка. Дядя Бер вообще ушел
в тыл, заняв позицию сбоку от входа, в самой глубине ложи.
Мальчишка шагнул, чеканя шаг
так, что я залюбовалась выправкой - муштруют своих Хейли хорошо, это следовало
признать. Красавец. Зим двадцать - двадцать пять, совсем зеленый. Почти райхарец среди
гвардейцев.
- Леди Блау, - по-военному короткий салют, и два толстых свитка перекочевали ко мне в
руки. - Это официальная нота, ответ сиры Хейли ждут до момента объявления итогов
поединка, после окончания четвертой дисциплины.
