Аккуратно, не без брезгливости, дотронулась до ноги этой «женщины»
— Сём, она как настоящая!
— В том-то и дело, — зло ответил он. — В той командировке Вадим притащил мне ее в номер. Говорил, хотел подколоть. Посмеяться. Шутка! Но я в то время не знал, что в номере стоят камеры, с которых он потом сделает фотографии. И о том, что под МедСити лепят документы на секс-шопы — тоже не знал.
Так вот почему он тогда в Кремле так удивился.
А я-то думала…
Я еще раз дотронулась до силиконовой, невероятно реалистичной куклы.
Действительно, как живая. Теплая на ощупь. Неудивительно, что Семен на тех фотографиях так смеялся и выглядел довольным.
Я бы на его месте тоже веселилась.
Подумаешь, дружеская шутка!
А оно вот как обернулось.
У меня вдруг закружилась голова. В глазах потемнело и я стала тихонько оседать.
— Саша, Саша, стоп! — сильные руки подхватили меня. — Давай-ка присядь, моя хорошая.
Семен усадил меня в кресло перед туалетным столиком, а сам открыл балконную дверь.
— Воды? — он поднес мне стакан с водой.
Я сделала глоток и улыбнулась.
Это я приучила его держать в спальне воду. После жарких ночей мне всегда хотелось пить.
Пригодилась наука.
— Значит так, мое сокровище в квадрате. Теперь ты мне веришь?
— Почему в квадрате? — я непонимающе подняла на него глаза."
"Плохое самочувствие постепенно отступало. Спасибо прохладной воде.
— Потому что нечего было сбегать из больниц! И читать свои анализы тоже было бы неплохо!
Семен достал из внутреннего кармана пиджака два сколотых листка и протянул мне.
Я непонимающе уставилась на кучу строчек и цифр.
— Что это? — сейчас я действительно не могла ничего понять.
— Вот, Саша, — муж ткнул в одну колонок. — Док сказал, что симптомы были очень уж говорящие, и он решил перепроверить. Ты беременна.
— Что?!
Я от всей души хотела бы вскрикнуть.
Но не смогла…
Как беременна? Почему?
Мы же…
— Семён…
В его глазах светилось незнакомое мне чувство. Муж опустился передо мной на колени:
— Саша. Родная моя. Я понимаю, почему ты ушла.
Наверное, я слишком на тебя давил. Я помню, что ты всегда хотела ребенка. А я всегда говорил, что не время. И я почти потерял тебя. Потому что слишком увлекся работой и добыванием денег. Когда ты ушла, я понял, что они ничего не стоят. Нахрена они мне, если тебя рядом нет? А теперь… Теперь ты со мной. И он, — Семен положил ладонь мне на живот, — тоже со мной. Теперь жизнь снова имеет смысл. Прости меня, родная. Прости, что так долго не замечал тебя.
