Лежала на мужской груди с закрытыми глазами. Слушала его дыхание и пыталась сама размеренно дышать. Что за ерунда такая со мной творится?
Неужели действительно от стресса все?
Семен периодически стискивал меня в объятиях, как будто хотел поддержать. Дать понять, что он тут, со мной. Что он следит за мной.
И я ему была благодарна за это.
Я редко болела, но когда что-то приключалось — это была настоящая паника. Поэтому сейчас его внимание было нужно как никогда.
Я знала, куда мы ехали.
С этой клиникой у МедСити был договор на обслуживание наших сотрудников.
Но только у нас двоих там был личный врач. Он же заведующий клиникой. Отличный терапевт.
Но и брал он за свои услуги весьма прилично. Даже подумать страшно, сколько придется заплатить Семену за такой поздний прием.
На улице-то уже ночь.
Машина притормозила и прогудела сигналом. Я приоткрыла веки. Ага, уже приехали. В окне мелькнул поднятый шлагбаум клиники.
— Родная, сядь, — меня аккуратно передвинули на сиденье. — Не выходи сама, я тебе помогу.
Я судорожно сглотнула.
Да я бы и не смогла, если честно. Слабость накатила страшная.
Семен подхватил меня на руки. Водитель тоже выскочил и шел чуть впереди, открывая нам двери.
— Семен Сергеич! Александра Михайловна! Что случилось? — к нам уже спешил доктор в развевающемся халате. За ним спешила медсестра. — Сюда проходите.
— Саше неожиданно стало плохо по пути домой, — Семен занес меня в палату, куда велели.
Аккуратно уложил на больничную постель.
— Так-с.
Давайте посмотрим. Олечка, давление, температура, кровь. Все по полной, — врач раздавал указания, а сам взял мое запястье. — Александра Михайловна, как себя чувствуете?
Говорить в полный голос было неприятно, поэтому я описала свое состояние почти шепотом. Доктор внимательно слушал, а сам считал мой пульс, подняв руку с часами к близоруким глазам.
— Головокружения были в последнее время? Слабость? Рвота?
— Нет.
— Беременности нет?
— Нет! — я растерянно оглянулась на Семена.
Откуда ей взяться, если мы не планировали детей? Да и вообще, живем уже раздельно.
Медсестра натянула мне выше локтя манжету тонометра. Аппарат загудел и руку неприятно сдавило.
— Уверены? — врач почему-то посмотрел на Семена поверх очков.
— Да, — жестко ответил тот.
— Что ж, хорошо. Олечка?
— Девяносто на шестьдесят, — отрапортовала та.
Доктор расстроено покачал головой:
— Слишком низкое давление у вас, Александра Михайловна. Слишком для вашего возраста.
