Она женщина! И она подчиняется мне! А ты — тоже баба! Раз тобой вертели.
Первой моей реакцией было взбунтоваться.
Чего это он так обо мне? Я тоже, между прочим, имею право слова!
А потом я поняла.
На самом деле нет.
Я действительно женщина. И мое дело — действительно подчиняться. Только не всем достаются такие мужчины, как Семен. Видимо, Вадим был слабее своей Наташи. Она просто его сломала. Он потерял в ее глазах статус сильного.
Мы, женщины, каждый день, испытываем своих мужчин на прочность.
А им приходится всегда быть начеку, чтобы не дать слабину.
Единственно правильная модель отношений. Муж главный. А мы стоим за мужем. Поэтому в нашей семье все было идеально.
До этих чертовых фотографий.
Вадим посмотрел на меня. В его глазах была просьба поддержки. Но я прекрасно помнила его сальные намеки. Его предложение провести вечерок вдвоем.
Интересно, на это его Наташа тоже давала согласие?
Или это была его личная импровизация?
В любом случае я уже не хотела его защищать и в чем-то ему помогать.
Слишком гадко он поступил. И не один раз.
Ведь он все знал!
Как бы на его месте поступила я? Я же всегда все примеряю на себя. Стала бы я обманывать лучшего друга? Возможно, умолчала бы. Потому что с другой стороны тоже стоит не чужой человек. Но потакать этому всему… Продолжать общаться так, как будто ни о чем не знаешь и не пытаешься остановить?
Нет.
Так бы я не смогла точно.
— Пойми, Вадим, — со вздохом сказал Семен. — Мне на самом деле насрать на то, по какой причине ты все это делал.
Не Наташку же мне сюда было тащить, верно? Ты мужик, поэтому и спрос будет с тебя. Мне — срать. А знаешь, кому не насрать?
— Кому? — Вадим уже не поднимал головы. Как нашкодивший ребенок.
— Саше. Вот ей ты сейчас расскажешь всю херню, что вы с женой натворили. Не знаю, чья это была идея, твоя или твоей супруги. Но это блядь твоя единственная возможность отмыться перед Сашей. Если она посчитает это достаточным оправданием, конечно. Мне твои извинения не уперлись. Но Сашка человек светлый, мне бы было стремно перед ней обосраться.
Надеюсь, у тебя еще остались остатки совести.
— Нет! — выдохнула я прежде, чем успела осознать свой ответ.
Сказала и тут же зажмурилась.
Можно нет? Пожалуйста!
Я сейчас не смогу разговаривать с Вадимом. Честное слово. Столько дерьма за единицу времени я еще не переживала. И добавлять мне совсем не хочется.
— Да, Саша, — жестко сказал Семен. — Ты должна все знать.
Он поднялся со стула, подошел ко мне.
