Как же жалко она выглядит с этими наигранными эмоциями.
— Тогда что же произошло, Эльза? Дайте наконец нам ответ.
— Я солгала в прошлый раз, — она снова начинает плакать. — На прошлой передаче.
— О чем вы говорите? — Москвин выгибает бровь в недоумении. Похоже, и для него это откровение стало шоком.
— Я так виновата, Егор, — она продолжает всхлипывать, а я непроизвольно закатываю глаза. Вот черт! Как люди ведутся на это? Невооруженным глазом видно, что ее слезы ненастоящие.
— В чем заключается ваша вина?
— Я не знаю, что на меня нашло.
Возможно, это гормоны. Или же я просто выдавала желаемое за действительное. Я так любила Богдана в прошлом, что хотела всеми возможными способами обратить его внимание на себя снова. Я действительно беременная, но мой ребенок не от него. Он от мужчины, с которым мы встречаемся уже продолжительное время.
— Эльза, постойте, постойте, — вступает ведущий. — Вы хотели повесить отцовство на Богдана Царева из-за того, что у вас вспыхнули былые чувства? Или вы сомневались в том, кто отец вашего ребенка?
— Нет, сомнений никаких не было.
Между мной и Богданом давным-давно все кончено, — резко выдыхает она. — Отец ребенка не он. Но… я…
Эльза замолкает, не находя нужных слов, а я едва ли могу переварить ее слова. Она на всю страну созналась в своей же лжи. Интересно, что за игру она ведет на этот раз?
— Я пришла сюда, чтобы попросить прощения и сказать, как сильно раскаиваюсь. Я до сих пор люблю Богдана какой-то частью своего сердца, — она демонстративно прижимает руки к груди.
— Но безответная любовь толкает на отвратительные поступки. Мне жаль. Мне действительно очень жаль.
После этого эфира рейтинги будут зашкаливать, а Эльза получит именно то, за чем и пришла — не за прощением, а за славой. Кто-то начнет ее жалеть, кто-то наоборот ополчится на нее, но самое главное — эту женщину снова будут обсуждать. Скандал — это отличная пиар-компания. Кому как не Эльзе знать об этом.
— Вот это поворот! — восклицает Егор, явно удивленный тому, что только услышал.
— Эльза, вы отдаете себе отчет в том, что разрушили семью Богдана Царева?
— Да, и прошу за это прощение, — она снова вытирает глаза от нахлынувших слез. — Я только сейчас понимаю, что натворила. И именно поэтому пришла на передачу на суд зрителей.
— Значит, все эти фотографии в отеле — это обычная постановка? — сдержанно спрашивает Москвин.
— Лишь желание все вернуть в тот момент. Ведь это я виновата в нашем разрыве.
