Я вышел из фургона, когда Шурупыч сломал Емельяну ноги. Укоризненно посмотрел на голема и погрозил ему пальцем:"
"— Вот ты кровожадный, конечно, Шурупыч, — голем опустил голову. — Я же сказал обезвредить, а не переломать!
— Тырды-дых! Мака-фака! Тырды-дых!
Илья к нам так и не вышел. Я позволил голему сломать бандиту еще одну руку и начал допытывать Емельяна.
Но того было не сломить. Почти.
— Слушай, Пугачёв, — я сел на корточки рядом с телом. — Я уже видел переписку в твоем телефоне, так что сказки про то, что ты не знаешь, кто я и кто такой Слютников, я слушать не собираюсь.
— Пошел ты.
— Неверный ответ, — я разогнулся и указал на Пугачёва голему. — Шурупыч, покажи ему, как быстро яйца лопаются.
Эта волшебная фраза сработала как нужно. Через минуту на моем телефоне была видеозапись, как Пугачёв признается в содеянном. И, что самое главное, он рассказал, что Слютников послал его за тем, чтобы проследить за мной и убить меня.
И не только он был по мою душу, были и другие, но уже мертвые.
Это видео я отправил бабке Прасковье, чтобы наконец она прозрела.
— Ну, смотри, бабуль, — я кивнул Шурупычу, и тот начал добивать противника. — Какую ты мразь на груди пригрела. Надеюсь, в этот раз ты всё поймешь и сделаешь нужные выводы.
Глава 12
Прасковья Игоревна Раскатная.
— Быть такого не может… — женщина натянула на нос очки, просматривая видео от внука. — Как же так…
Прасковья, округлив глаза, слушала все, что говорил Емельян Пугачев.
Ее глаз нервно дергался от холодного тона ее внука. Она понимала, что ее внук давно уже вырос. Точнее, она поняла это только сейчас, глядя на обезображенного наемника.
Но ее пугало не только поведение Георгия, а также ее безалаберность. Она ведь видела Емельяна раньше, на приеме у ее мужа Кирилла.
— Какой же ты безжалостный, Гошенька, — она всплакнула вполне естественно, без приторных ноток театральности.
— В музыкальной школе ты был таким… таким…
— Прасковья Игоревна, доброе утро, — на пороге гостиной появился Иван Рубцов, начальник службы безопасности рода. — Могу войти?
— Ты чего здесь делаешь? — озадачилась Раскатная. — Сегодня у гвардии же личный досмотр.
— Я прибыл по указанию главы рода, — официально заявил Рубцов. — Георгия Игоревича.
— Главы рода, — задумчиво повторила Прасковья, но противиться этой фразе не стала.