— Наверное, с этого и следовало начать.
«Идиот».
— И я все равно буду занята. Что бы тебе от меня ни было нужно, я с удовольствием поговорю об этом прямо здесь, в офисе. А теперь у меня есть задание. Это все, сэр?
Я позволил ей уйти, на мгновение задумавшись, когда же все изменилось. Она начинала как безымянный грязный трах и каким-то образом выбралась из этого компрометирующего положения. Девушка, которая обокрала меня, теперь получила повышение, заставила меня самого отдавать вещи в химчистку и дерзила в ответ.
«Хм, я так не думаю».
Джуд схватила телефон и начала набирать номер, уже включив диктофон и подключив его к сотовому.
— Здравствуйте, меня зовут Джуд Хамфри, я репортер «Дейли Ньюснайт». Я звоню по поводу несчастной и безвременной кончины Сун Мин Чэ…
Я посмотрел вниз, и все еще был тверд."
"Кажется, все-таки передумал насчет Конверс.
Она заслужила еще несколько трахов, прежде чем выкину её из головы.
— Давай, коротышка, это твой сюжет. Мы будем веселиться, как будто он твой, и, знаешь, нам плевать, что на самом деле это все Кейт…
Грейсон сидел на своем стуле у бара, разглядывая свой «Бакарди» и, как обычно, изображая из себя черлидершу из фильма ужасов за несколько секунд до того, как ее нашинкуют на кебаб.
Эйва опрокинула в рот свой третий мартини, взъерошив густые черные локоны и глядя на меня из-за края своего пустого бокала. Они оба праздновали мое первое настоящее журналистское достижение. Даже когда я указала на то, что кто-то умер, и, возможно, нам стоит отложить празднование, они не были убеждены.
Грей лишь ответил:
— Эта поп-звезда пытался изнасиловать цыпочку. У нас все готово к празднику. — И указал на выход.
— Уверена, что ты не хочешь ничего съесть? — Эйва выгнула бровь. — Ты выглядишь немного бледной.
Мы были в «Le Coq Tail»., через дорогу от офиса. Я умирала от желания съесть сэндвич, но в реальности пила лишь воду, притворяясь, что у меня болит голова. Но на самом деле, не могла себе позволить ничего большего, и, возможно, это была моя гордость бедной девушки, но я не могла позволить Грею и Эйве платить за меня, хотя знала, что они будут счастливы угостить меня после того, как я успешно выполнила свое первое задание.
Так как молчала о своей ситуации с отцом и о своем долге, они оба купились на мое оправдание мигрени. Наблюдая за тем, как они напиваются и обсуждают свои планы на выходные — все они были связаны с тратой денег, — зависть грызла меня изнутри.
