— Кто-нибудь умер? — сказал я, отвечая на звонок.
Я не стал заходить в здание, зная, что все может стать довольно дерьмовым и довольно быстро, когда дело касается нас с Лили. Я редко повышал голос, но для нее всегда был рад сделать исключение.
— Что? — Ее голос, как всегда, звучал жалобно. Из тех, что звучат как скрежет вилки о тарелку. — Нет. У бабушки все отлично. Я просто подумала, может…
— Не думай. Ответ — нет.
— Селиан, подожди! Я…
Но я уже повесил трубку. Повернулся, чтобы пройти через двойные стеклянные двери, но заметил Джудит, сидящую на верхней ступеньке лестницы, впитывая первые лучи солнца, как жаждущий цветок.
На ней был один из ее помятых черных костюмов подражателя взрослым, и она обнимала свой рюкзак.
Сегодня ее конверсы были красными.
«О боже».
Она быстро вытерла глаза, но я не уверен, плакала она или вот-вот заплачет. Девушка говорила по телефону, и любой другой ублюдок повернулся бы, ушел и поклялся, что перестанет усложнять ей жизнь.
Но я был запрограммирован по-другому, высечен из камня, как и те люди, которые меня создали.
Я обогнул ее крошечную белокурую фигурку, вполуха прислушиваясь к разговору."
"— Ладно, Милтон. Только... пожалуйста, не говори ему.
«Милтон» звучало очень по-мужски и очень походило на придурка. Последнее было основано не только на его связи с Джудит, но и на его имени. Теперь я был полностью поглощен разговором.
— Мне действительно не интересно слушать то, что ты хочешь сказать.
Пауза.
— Пожалуйста, не усложняй ситуацию еще больше.
Обещай, что не скажешь ему. Это все, о чем я прошу.
Пауза.
— Все, мне пора на работу. Пока.
Джужит встала. Притворяясь, что не вижу ее, я толкнул дверь и направился к открытому лифту. Девушка была в нескольких футах позади меня, поэтому, когда я обернулся, наши взгляды встретились. Она поспешила к моему лифту — разумеется, я не нажал кнопку «стоп» — и проскользнула внутрь в последнюю секунду. Внутри было еще два человека. Два придурка, которые поднимались на второй этаж.
В отдел кадров.
— Привет, — выдохнула она, поворачиваясь ко мне спиной и задницей.
Неплохой вид.
Я просто кивнул.
А затем тишина. Джужит не вела себя застенчиво или неловко. Что-то в этом утре подсказывало мне, что у нее есть более насущные проблемы, чем сосать член своего босса, и я решил, что мне нужно знать, что у нее на уме.
Естественно, о разговоре с ней не могло быть и речи. Она слишком много дерзила и всегда придиралась ко мне из-за моего поведения.
