Как бы то ни было, эта девушка, которая составляет плейлисты, ищет грязные новости, сегодня будет очень сильно оттрахана."
"— Вставляй сейчас же или получишь еще больше сюрпризов, к которым я не совсем уверен, что ты готова, — сказал я, сжимая свой член, пока он непроизвольно не вонзился в мою руку, умоляя об освобождении.
«Работаю над этим, младший».
Джуд сунула распылитель в свою киску и вздрогнула от вторжения.
— А теперь трахни себя и умоляй меня сделать это с тобой.
Она двигала распылитель внутрь и наружу, дрожа от удовольствия из-за быстрой струи, обволакивающей ее стенки, и я был почти готов умереть здесь, у раковины, и позволить ей унаследовать все мое дерьмо.
Девушка была львицей на работе и ягненком в постели — идеальное сочетание для такого хищника, как я. Я хотел драться с ней, когда мы были в офисе, и трахать, когда мы были где-нибудь еще. Но меня беспокоила промежуточная часть. Потому что я хотел монополизировать каждую секунду ее жизни, даже когда мы не делали ни того, ни другого.
— О боже, — простонала она.
— Селиан, — поправил я. — Зови меня по имени. Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделал.
— Я хочу, чтобы ты трахнул меня, — хныкала Джудит себе в плечо, зажмурив глаза, ее оргазм нарастал, заставляя ноги дрожать.
Хотел бы я не быть таким ублюдком в этот момент.
— Остановись. — Но я был им.
— Ч-что? — заикаясь, спросила Джуд, продолжая мастурбировать распылителем.
Я был так возбужден, что едва мог ясно мыслить.
Вся моя кровь прилила к члену, и если бы вы спросили, как меня зовут, мне было бы трудно ответить.
— Немедленно прекрати. — Хриплое рычание выскользнуло между моих губ.
Джудит открыла глаза, смущенная, но медленно убрала распылитель из своей киски.
— Выключи и иди в спальню. Не вытирайся. — Я повернулся и вышел из комнаты.
Присев на край кровати в своей спальне, я закатал рукава и похлопал себя по бедру. Девушка появилась в дверях секундой позже, капая водой на пол, ее волосы были мокрыми, а глаза широко раскрыты, когда она осмотрела мою черно-серую спальню и золотое шелковое одеяло.
Мама привезла его из своей последней поездки в Париж. Ее подруга Изабель подарила его мне, и моя мать чуть не упала в обморок, она так гордилась своим замечательным сыном, который произвел такое сильное впечатление на ее подругу много лет назад, когда она навещала нас в Нантакете.
