Сначала я почувствовала волнительное прикосновение губ, а потом мою кожу легонько сжали зубы. Герцог не скрывал улыбки, которая заставляла мое сердце биться чаще. Неужели и он начал оттаивать?
- Укусил, - произнес герцог, глядя на меня все с той же умопомрачительной улыбкой. Редкое явление на его лице, между прочим. - Ну как? Что-то чувствуете? Чувствуете, как внутренний зверь рвется наружу? Как хочется дышать пламенем?
В коридоре было пыльно, поэтому я звонко чихнула.
Я помню, как надо мной склонились целители.
А мистер Шепард нервным маятником расхаживал по комнате: “Моя девочка станет оборотнем! Бедняжка!”. “Мы делаем все возможное,чтобы это не случилось…”, - оправдывались целители. - “Но если такое произойдет, то…”. “Даже не думайте! Я не откажусь от своей дочери! Никогда!”.
- Не так! - заметила я. - Вы как -то неправильно кусаетесь. Нужно…
Я осеклась, чувствуя, как шутка превращается в странную игру.
- Может, попробовать укусить еще раз, но уже в другом месте? - спросил дракон, а я чувствовала близость его губ к своим.
Кажется, у меня земля уходит из под ног. Сильная рука притянула меня к себе, а я чувствовала себя такой хрупкой.
- Значит, укусить в другое место? - послышался шепот, наполненный страстью. Глаза дракона все еще горели, а я положила руки ему на плечи.
“Красивая, в отличие от вас…”, - внезапно пронеслось в голове, ядом обиды отравляя душу.
- Или драконами становятся только красивые невесты? - шепотом спросила я. Герцог остановился.
Он все еще держал меня за талию, но хватка становилась все слабее.
Но меня отпустили, отстраняясь.
- Простите, я забылся, - в голосе герцога прозвучали нотки официоза.
В чем дело? Достаточно ведь было сказать, что я - красивая. Просто сказать, что я для него красавица! И все! Что он действительно считает меня такой, а не мучается при мысли, что первую брачную ночь придется провести в кромешной темноте, а мне еще с мешком из-под картошки на голове.
- Пора спать. Вам как бы пора уже заняться вашими герцогскими делами, - через силу вежливо улыбнулась я, понимая, что не хочу, чтобы этот мужчина считал, что он меня облагодетельствовал!
К тому же, мне бы не мешало бы самой съездить на ту злосчастную лесопилку.
Я знаю всех лесорубов и бригадиров, как облупленных. Я знаю, когда кто лжет. И я прекрасно понимаю, что они что-то скрывают. Ну не может же такого быть, чтобы никто ничего не видел и не слышал! Что-то они видели.
