— Должны, — перебивает он меня и отворачивается к окну.
Я знаю характер Захарова как свои пять пальцев. Да, он немного холодный. По выражению его лица вряд ли поймешь, любит он тебя или нет. Даже сейчас стоит ко мне спиной, а я не понимаю, обиделся он на меня или просто хочет обдумать все случившееся.
— Тимур..."
"— Тебе домой ехать надо. Я не смогу постоянно орать на всех и что-либо требовать, Лера. Есть закон, в конце концов. Показания тебе дать нужно. Но ты тут. А сын там плачет весь день, мать свою хочет видеть.
Да, я тебя прекрасно понимаю, — по его лицу ходят желваки. — Но и ты о семье подумай. Рамиль — мой брат. А ты сестра. Как ты сейчас переживаешь за Анну, я точно так же переживаю за вас. Прекрасно знаешь, что я давно не в ментовке. Мои руки теперь не тянутся туда, куда тянулись раньше. Пытаюсь выйти на связь с теми, кого давно вычеркнул из своей жизни. Пожалуйста, хотя бы постарайся не усложнять и без того дерьмовую ситуацию.
От понимания, что он прав, на глаза снова наворачиваются слезы.
Но я не могу справиться со своими эмоциями, взять под контроль. Потому что все это... Все это выше моих сил. Подстава, похищение. Муж на моих же глазах убил человека, и теперь неясна его дальнейшая судьба. Аня тут за жизнь борется. Боже, но как спокойно вести себя? Как держать лицо каменным, как делают это мужики?
— Прекрати, — Захаров обнимает меня за плечи и, как маленького ребенка, гладит по голове. — Нужно держаться, Лер. Не забывай, что тебя сын дома ждет. И что тебе нужно родить здоровенькую дочь.
Со всем этим дерьмом скоро покончим.
— Обещаешь?
— Обещаю, — чувствую усмешку в его голосе. — Но не забывай, что я не Бог. Сейчас позвоню безопасникам, пусть увозят тебя домой. И в любом случае, даже если рядом есть опытные мужики, будь внимательной, окей?
Я отстраняюсь от мужчины, пытаясь понять, зачем он это говорит. Тимур понимает меня по взгляду.
— За рулем был мальчишка, Лера. Накачали наркотой, денег в карман впихнули и натравили. Чтобы на тебя.
.. Кхм... А это значит, что на свободе кто-то есть. Нужно быть осторожным. К вечеру вокруг вашего дома будут профессиональные мужики. До тех пор, пока это дерьмо... — устало потирает лицо рукой.
— Я тебя поняла, Тимур, — тихо отзываюсь. — Я бы хотела увидеть Аню. А потом уехать.
Захаров кивает. Мы молча поднимаемся на верхний этаж. Мои руки ледяные от страха и переживания. Боюсь за жизнь сестры мужа. А еще страшнее представить, как я все расскажу свекрови.
