А потом, скрестив руки на груди, оглядывается. Ее ненавидящий взгляд настолько убедительный, что я начинаю сомневаться, что она действительно хочет мне помочь. Противоречивые чувства какие-то.
Лучше бы провалиться в темноту и ничего не видеть. Ни этих мужиков, смахивающих на бандитов. Ни Милу, которая стоит в стороне и ржет как конь. Ей явно нравится сложившаяся ситуация и то, каким образом меня тянут за руку, как безвольную куклу. А я следую за этими бандюганами на ватных ногах.
— Она больна. Аккуратнее с ней. Боссу не понравится, — слышу в спину Анин голос, сглатываю.
— Головой работайте! Если не хотите пинок под задницу получить.
— Ты слишком уж ее защищаешь, — недовольно ворчит Мила, кивая на меня. Сверлит Аню злобным взглядом, склонив белобрысую голову набок.
Мужик ослабляет хватку на моей руке, даже отступает назад.
— Она права, — соглашается он. — Аккуратнее надо. У босса и так в последнее время дела идут наперекосяк. Не нужно его злить. Эта девочка с ног валится, ее бы живой довезти. А потом уже его дело, что с ней делать.
Боже... Меня больше пугает голос мужика, нежели его слова. Второй, стоящий рядом с Милой и поддакивающий ей, что-то шепчет, не сводя с меня пристального взгляда черных глаз. Глубоко выдохнув, я делаю шаг вперед, захожу в дом. Если пару минут назад я считала, что тут, внутри, явно собрались остальные преступники, то я ошибалась. Тут абсолютно пусто и тихо. Настолько чисто, что глаз не оторвать.
Куда они меня привели? Господи, что меня ждет?
— Добрый день, — нас встречает женщина среднего возраста, немного полная.
Улыбается, жестом указывая пройти вперед.
Я оборачиваюсь и недоверчиво смотрю на Аню, которая моментально отводит взгляд. На ее лице ноль эмоций. Она первая оказывается в гостиной и садится на диван. Я так и стою на ногах, понятия не имея, что делать дальше.
— Не хочешь сесть? — спрашивает Мила, останавливаясь рядом со мной. Ухмыляется. — Или тебе нравится, как на твою задницу голодные мужики пялятся? Рамилю это не понравилось бы, — цокает она языком, действуя на мои и без того оголенные нервы.
Я закатываю глаза. Руки машинально сжимаются в кулаки. Открываю рот, чтобы сказать пару нецензурных слов, но встречаюсь взглядом с Аней, которая слегка отрицательно качает головой. Поджимаю губы, мысленно посылая Милу к чертям собачьим. Сучка! Рамиль несомненно появится, и тогда ей не поздоровится. А я потерплю ее персону рядом с собой. Скорее бы этот дурдом закончился.
Пусть дают мне конкретный ответ, чего хотят.
