Некоторые считали, что его грехи общеизвестны, но кое-кто сомневался в правдивости этих историй.
– Крофтону всегда нравились розовые бутончики, – сказал Билли Фитч, – но зачем же похищать их из хороших семей?
– Некоторым хищникам не нравится покорная добыча, – сказал Трис.
Фитч кивнул:
– Точно, может, и так. Жаль, однако! Он умел повеселиться, этот Крофти. – Его мутные глаза уставились на Триса. – Кое-кто говорит, что к этому приложил руку ты, Сент-Рейвен. Затаил злобу на него за события в Хэтфилде."
"– В Хэтфилде? – Трис позволил себе промедлить, как будто он уже позабыл об этом.
– Ах да, когда он набросился на эту бедную мисс Мэндевилл. Боюсь, что он был не в себе. Представить, что у меня свидание с ней, и в такой крошечной гостинице, когда это так недалеко отсюда! Я слышал, что он сделал ей предложение и был отвергнут. Это случилось до того, как ее отец потерял все состояние, конечно.
Было очевидно, что Фитч с трудом следит за переменой темы.
– Он вернул все, – сказал он наконец.
– Кажется, у Мэндевилла были припрятаны драгоценности.
Мы должны порадоваться за него.
– Точно! Из-за них я мог бы приударить за его дочкой. Если бы не был женат, конечно. – Нахмурившись, он сделал глоток пунша. – Знаешь, Крофти много о чем говорил. Повторял, что этот твой рахат-лукум – мисс Мэндевилл. – Он качнулся вперед, чтобы рассмотреть гурию, висевшую на руке у Триса. – Ты прав, Сент-Рейвен. Он сошел с ума.
Фитч двинулся к группе женщин. Для большего эффекта Трис притянул Миранду к себе и поцеловал ее через вуаль.
– Ты прекрасно играешь свою роль. Спасибо! Миранда была похожа на Крессиду по сложению, но он был удивлен тем, как искусно она подражала поведению Крессиды – смелому и неуверенному одновременно. Никто не мог предположить, что это была Миранда Куп.
– Так забавно играть невинность, – сказала она. – Но ты в самом деле намерен жениться на мисс Мэндевилл? Такая женщина подрежет тебе крылья.
– Если ты хочешь сказать, что она прекратит сборища вроде этого, то я буду только рад.
Она рассмеялась.
– Возможно, это даже лучше, что я уезжаю во Францию. Трагедия, настоящая трагедия – такой дикий огонь будет заключен в домашнем очаге.
Трис только улыбнулся, и Миранда сказала:
– Я помню эту гурию… Возможно, ты не так глуп, как кажешься.
Он перевел разговор в другое русло:
– Я думаю, что все уже достаточно расслабились и напились. Переходим к следующему акту нашей пьесы. – Он хлопнул в ладоши, чтобы привлечь внимание.
