– Разве это моя бесстрашная Рокселана?
– Нет, это твоя напуганная мисс Мэндевилл из Мэтлока, которая не хочет умереть!
– Ты не умрешь. Поверь мне!
«Поверь. Поверь». Она с трудом оторвала пальцы от поручня.
Затем он добавил:
– Я не переворачивался на дороге по меньшей мере шесть лет.
– Ты раньше переворачивался? – пискнула она, снова хватаясь за поручень.
– Когда я был молод, глуп и катался наперегонки с Аффемом.
– Аффемом? – Разговор отвлекал ее. Она молила о том, чтобы беседа не отвлекала его.
– Наследник герцога Аррана.
Он мой молочный брат.
– Ах да! – Она вспомнила, что среди невест светского общества суматоха по поводу Аффема была почти такой же, как и по поводу Сент-Рейвена. – Ты знаешь кого-нибудь, кто не принадлежит к герцогскому роду?
– Не будь смешной. Тебе лучше?
Крессида поняла, что ей немного лучше, но по-прежнему держалась за поручень.
– Это безрассудный способ путешествовать.
– Это лучший способ, пока стоит хорошая погода. Это и самый быстрый способ.
– Я говорю именно об этом.
– Нам нужна скорость. Мы хотим опередить Миранду. Ну а почему ты закутана, как плакальщица?
– Для того чтобы меня не узнали. Не увидели меня с тобой.
– Ты уже можешь поднять вуаль. Мы проезжаем через сады, и поблизости не видно ни одного экипажа. Я не думаю, чтобы здесь гулял хоть кто-нибудь из светского общества.
Крессида одной рукой подняла вуаль. Вторую она не была готова снять с поручня. Нормальный обзор дороги успокоил ее, а уверенность Триса успокоила ее еще больше.
Крессида заставила себя отпустить поручень и сразу стала слегка раскачиваться вместе с экипажем.
Дорога была довольно гладкой – за счет дорожных сборов ее поддерживали в хорошем состоянии. Хотя они и проносились стремительно мимо пешеходов и людей, едущих верхом на ослах и коренастых лошадках, ее все-таки не подбрасывало в воздух в этом легком экипаже. Вдруг Трис сказал:
– Впереди карета. Почтовая или пассажирская, едет навстречу.
Крессида опустила вуаль, и через несколько секунд карета проехала и в вихре пыли покатила дальше в Лондон.
– Лучше ехать так, чем снаружи кареты, – сказал он.
– Не сомневаюсь.
Она всегда думала, что путешествовать снаружи должно быть неудобно и опасно. Мисс Мэндевилл из Мэтлока никогда не должна была задумываться об этом, ей не пристало ездить снаружи. Однако если она не добудет драгоценности, ей, возможно, придется возвращаться таким образом.
Ей хотелось закричать от ужаса и отчаяния. Но она считала, что лучше действовать.
