Пусть помучается!
С этого вечера мы встречались с принцем ежедневно. Иногда это были короткие прогулки, иногда совместные завтраки, реже – ужины. Он обязательно интересовался, как у меня дела и как идет процесс подготовки к балу. Я отделывалась общими фразами, потому что спихнула все на тетушку, отговорившись нездоровьем.
Иногда подглядывала в ее записи, чтобы представлять чего ожидать от мероприятия, но пока что ничего эдакого, экзотического не углядела.
Вылазку в библиотеку пришлось планировать как целую спецоперацию.
Мы пришли туда ранним утром, в привычном составе: я, Мартина, Стефани и двое безликих стражей.
Те для меня проблемы не представляли – остались у дверей, причем снаружи. А вот следовавшие за мной хвостом горничные…
– Кажется, окно открыто, – я демонстративно потерла предплечья, ежась от утренней прохлады.
Девушки обежали весь немалый зал, но открытых створок не обнаружили.
– Сквозняки, наверное, – продолжала я спектакль. Жаль, посинеть не смогу по желанию. – Надо было взять ту шаль…
Пока собиралась, я раза три примерила тонкие невесомые накидки, но все в итоге забраковала.
Горничные переглянулись и едва удержались, чтобы не закатить глаза.
Отвыкли, голубушки, от капризов аристократии.
Расслабились. Так-то я обычно покладистая, что дают, то и надеваю. А сегодня вдруг решила вспомнить, что принцесса. Скандальная и избалованная."
"– Я схожу за шалью, – вызвалась Мартина. – Минуточку, ваше высочество, сейчас все будет!"