— Как я и сказал — у нас была уникальная ситуация, к тому же мы не просто так назвали канал «Солдатская правда» — мы стараемся подавать максимально правдивую информацию, показывая жизнь не только благородных, но и простых людей. — ответил я.
— Ну, я бы не сказал, что ваш канал говорит правду, особенно в свете последних событий. Но историю вы творите, этого не отнять. — улыбаясь развел руками Мещерский. — Вопрос только как вы это делаете.
— Как я уже сказал — правда, пусть для некоторых не очевидная. — жестко ответил я.
— К тому же наш путь — только наш. Если же хотите повторить что-то подобное, ищите энтузиастов в войсках. На передовой. Петр Николаевич как раз отправляется в поход к Варшаве, уверен, среди его офицеров найдутся талантливые люди, а если нет — поставьте туда своих репортеров.
— Рисковать людьми на передовой, несколько безответственно. — заметил Мещеряков, на что я лишь пожал плечами и поднялся, давая понять, что разговор окончен. — Но над вашим советом я подумаю. Всего доброго, ваше высочество, и еще раз желаю счастья с вашими супругами.
— Благодарю, всего доброго, князь. — улыбнувшись пожал я протянутую руку, и дождавшись пока тот выйдет с облегчением выдохнул.
Свадьба с Ингой в корне отличалась и от нашего бракосочетания с Марией и от, во многом поспешной, свадьбы с Ангелиной. Если на нашу с Мальвиной помолвку были приглашены лишь самые близкие и важные для государства, а на свадьбу с Ангелиной по политическим причинам решились приехать не все, то вот с княжной Лугуй…
Газеты и сайты уже пестрили заголовками — «Новый самый богатый род Империи».
«Свадьба цесаревича и царевны Урала». «Восстановление земель рода Романовых» и так далее и тому подобное. Даже предупреждения от императорской гвардии и тайной канцелярии не могли убрать всё. Никакие увещевания и объяснения что речь не о цесаревиче, а о графе Суворове… в общем теперь мне инкогнито можно было появится разве что в парике и под гримом.
А на свадьбу съехались все самые влиятельные и богатые рода империи.
Все респектабельные гостиницы Петрограда оказались забиты под завязку, хотя в них ютились самые бедные из гостей. Настоящие аристократы не признавали ничего мельче арендованного особняка."
"С огромным скрипом, но нам удалось продавить приглашение на свадьбу не только глав родов с их супругами и наследниками, но и соратников. Екатерина возражала до последнего, а Петр ехидно заметил, что не дело князьям стоять в одной толпе с простолюдинами.