Ох, не стоило ему целовать ее. Он с самого начала это знал. Да, знал, однако не смог подавить это желание, как ни старался. Конечно, она не поверила ему, но он не солгал, когда сказал, что ее взгляд умолял его об этом. И он мог зайти гораздо дальше, но, к счастью, сдержался.
Стоя в зале с двумя джентльменами, Харрисон делал вид, что его очень интересует их беседа. Он даже время от времени вставлял реплики, но думал при этом совсем о другом…"
"Было совершенно очевидно: он поцеловал Анджелину, не думая о последствиях своего поступка.
В противном случае, то есть если бы поразмыслил, причем здраво, ни за что не сделал бы такого. И вот теперь… Теперь он снова хотел поцеловать ее. И целовать куда дольше, чем в первый раз. Хотел насладиться ее сладостью и услышать ее вздохи. Хотел крепко прижать к груди и ощутить тепло ее податливого тела.
Странно, что она не рассердилась, когда он поцеловал ее. Только очень удивилась. Но это вполне понятно. Он и сам был поражен. Вообще-то он приехал лишь для того, чтобы сказать ей, что согласен на обман.
Пусть ее отец считает, что они поженятся к концу сезона.
Но благодаря экономке, позволившей им остаться наедине, Харрисон поцеловал Анджелину и теперь подумывал, не стоило ли ему отказаться от своего давнего решения никогда не добиваться благосклонности леди, влюбленной в другого джентльмена.
Было очень приятно узнать, что Анджелина с офицером ничего друг другу не обещали. Возможно, ее чувства к нему всего лишь девичье увлечение, а не вечная любовь, о которой обожают писать поэты.
Но окончательно все выяснится только тогда, когда капитан вернется в Лондон. Ведь иногда первую любовь труднее всего забыть… У него у самого имеется подобный опыт.
Было время, когда он считал, что никогда не избавится от страстных чувств к Мадди, принадлежавшей не ему, а его брату. Но теперь, когда их обоих не стало, Харрисон был рад, что примирился с тем, что эта женщина стала женой его брата. И не важно, что ему потребовалось кругосветное путешествие, чтобы справиться с любовью.
Некоторые вещи стоят той цены, которую приходится за них платить.
Но как же оценивать его чувства к Анджелине? Непонятно, благословляла его судьба или снова проклинала. Скорее второе. И это проклятие будет постоянно преследовать его. Неужели он обречен желать только тех женщин, чьи сердца отданы другим?
Через некоторое время Торнуик наконец-то увидел, как в зал вошли леди Рейлбридж, Анджелина и ее отец.
