Ведь и сам он тоже не слишком дружелюбен, так что они прекрасно поладят.
– Хорошо, я провожу вас к ней, – сказала экономка, зашагав по коридору.
Харрисон тотчас последовал за ней. Минуту спустя женщина открыла какую-то дверь и отступила в сторону. В следующее мгновение Харрисон увидел Анджелину, сидевшую на стуле, над чем-то склонившуюся. Но тут к графу метнулось что-то темное и рычащее.
Анджелина приподнялась и завопила:
– Сэм, прекрати!
Пятнистый пес продолжал грозно рычать.
– Сидеть, Сэм! – крикнула девушка."
"Пес подчинился, усевшись на нижней ступеньке лестницы.
Вид у него был самый угрожающий, и он по-прежнему тихо рычал, не сводя с гостя больших черных глаз. Судя по его виду, в нем текла кровь бультерьера: плечи и лапы мускулистые и крепкие, – но, к счастью, он не был так велик, как большинство псов его породы. Однако Харрисон прекрасно знал: бультерьеры верны своим хозяевам, поэтому не колеблясь бросаются на незнакомцев, если те вызывают хоть малейшее подозрение.
Не желая показаться агрессивным, граф тихо произнес:
– Не тревожься, старина.
Обещаю не прикасаться к ней. По крайней мере, в твоем присутствии.
Тут Анджелина наконец-то направилась к гостю. На ней был перепачканный красками передник, надетый поверх светло-серого платья, а на плечах – коричневая шерстяная шаль, небрежно завязанная на груди. Узкая зеленая лента с аккуратным бантом под подбородком удерживала на голове широкополую шляпу, а длинные золотисто-каштановые пряди, струившиеся по плечам, ярко сверкали на солнце.
Хотя сегодня Анджелина была одета совсем не так, как та прелестная выросшая в роскоши богиня, которую Харрисон видел на балу, она, как ни странно, произвела на него еще большее впечатление.
Сейчас она напоминала горный ручей в первые дни весны – прохладный, прозрачный и освежающий. А яркий румянец на щеках был ей очень к лицу. «Непонятно только, раскраснелась ли она от моего неожиданного появления или от солнца», – подумал Харрисон.
Девушка остановилась возле пса, погладила его по большой голове и, почесав за ухом, пробормотала:
– Ты такой зверюга, Сэм… Мне придется извиниться перед его милостью за твое поведение.
Ну иди, ложись…
Анджелина снова погладила пса, и тот, очевидно решив, что гость не представляет угрозы для хозяйки, медленно направился к стулу и улегся.
Харрисон усмехнулся:
– Боюсь, мне придется извиниться перед миссис Бикмор.
Анджелина с любопытством взглянула на него.
– Но почему?
– Она сказала мне, что Сэм недружелюбен, а я ей не поверил.
