Но ныне их мало где употребляют для войны, кроме лесов Индии и прочих южных владений. В остальном все больше как прогулочных, рабочих или вьючных животных.
– Отчего же так?
– Эти животные отличаются умом и удивительной памятью. Злопамятны без меры и могут отомстить обидчику даже спустя годы. Они не любят умирать и войну. Пугливы. Их сила раскрывается в мирных делах. Везут они на себе много, в несколько раз больше любой лошади. Носом могут и бревна поднимать, и кисточкой малевать. Удивительные животные. Но для войны мало пригодны.
Да и в наших краях вряд ли выживут. Им требуется особый загон для зимы, очень много корма и особые условия содержания. Например, много ходить. Кроме того, они дороги…
Царь замолчал, обдумывая слова.
А переводчик бегло переводил эту беседу персам. Когда же он закончил, посол произнес, с помощью переводчика, разумеется:
– Я удивлен тем, что верные слуги Царя столь наслышаны о моих родных краях.
– Вы спрашивали, кто бил османов прошлым летом, – молвил Иоанн Васильевич. – Так вот он, – кивнул в сторону воеводы.
И завертелось.
Оказалось, что Тахмасп просил передать подарок столь славному полководцу. Если, конечно, Царь не будет против.
Царь против не был."
"И Андрей узнал, что Шахиншах дарит ему коня персидской породы и комплект кольчато-пластинчатой брони, как для коня, так и для самого Андрея. Плюс щит металлический индо-персидского образца. А также саадак и саблю, дабы парень и дальше громил осман всюду, где настигнет. Причем не простую саблю, а тальвар из отменного булата да с доброй отделкой.
Клинок этого оружия имел около 90 см длины и обладал слабо выраженной елманью для усиления рубящего удара.
Комплект достойный.
Комплект полезный.
Комплект под стать самым уважаемым и богатым кызылбаши, стоящими под рукой Тахмаспа.
– Я благодарен твоему, без всякого сомнения, благородному и щедрому правителю. – произнес Андрей, приложив праву руку к сердцу. – Я много наслышан о блистательных военных успехах твоего правителя. Его слава гремит далеко за пределами его владений.
А враги его трепещут от одного его имени. Но я служу своему Государю. И смогу принять этот дар, только если вы подарите его ему и он, снизойдет до меня в своей милости.
– Андрюша, не ломайся, – хохотнул Иоанн Васильевич.
– Верный пес берет еду только из рук своего хозяина, – вполне почтительно заявил посол.
Андрей кивнул.
Царь еще шире улыбнулся.
Ему польстил поступок воеводы. Мог бы взять. Мог возгордится. Тем более, что вполне заслужено.
