- Вот ведь дрянь какая! – искренне возмутилась я – что за привычка всякую пакость в рот тащить! Как будто тебя дома не кормят!
Я всячески увещевала Бусинку, которая судорожно пыталась проглотить кусок, остальное прикрывая лапой. «В общем, я жадина, и вкуснятиной не поделюсь. Если тебе надо, иди, сама лови! Всё, что поймаешь, твоё!». Во всяком случае, примерно это я прочла в глазах нашего зверя. Я тяжело вздохнула и спустилась с лошади, бормоча при этом: «Ну как же так! Сколько её не корми, она всё-равно вечно голодная! Дай сюда!»
Я подошла ближе и отработанным движением попробовала вырвать добычу из пасти нашего волка.
Но что-то пошло не так, и Бусинка увернулась от меня, зарычала и в целом была категорически против того, чтобы отдавать законную добычу. Она пятилась, не сводя с меня глаз, и при этом судорожно жевала бедного зайца. Н-да, ситуация! Только Бусинка меня плохо знала, если думала, что от меня вот так запросто, за здорово живёшь, получится избавиться.
- Ты порычи у меня ещё, порычи тут! Я тебе сейчас покажу, кто тут альфа-самец! – приговаривала я, выколупывая у неё изо рта остатки трапезы.
"
"Возмущение моё границ не знало – мало того, что она отказывалась выплёвывать то, что она так судорожно жевала, так ещё и делала вид, будто мы самым решительным образом не знакомы друг с другом. Последнее обстоятельство разозлило меня до крайности, так что я была вынуждена снять с себя пояс, и привязать нашего волка к одному из кустарников, после чего полезла подсчитывать, сколько мы могли бы пересадить подростов клёна для ветрозащитных полос.
Начала считать, очень быстро сбилась, начала заново… хорошо, будем считать, что нам достаточно…
Я нашла Бусинку там, где привязала её, только эта поганка умудрилась уже практически полностью перегрызть мой пояс, пытаясь освободиться от пут. Я сердито прикрикнула на неё, удивляясь, что это сегодня с ней произошло, привязала испорченный пояс к своему седлу, и гордо сообщила притихшей волчице, что за свои ошибки приходится отвечать, так что домой мы вернёмся именно в таком виде.
Поначалу Бусинка отчаянно упиралась всеми лапами, сопротивляясь такому способу транспортировки, а после понуро побежала за Чернушкой.
Данки нигде не наблюдалось, так что я с чистой совестью отправилась домой, справедливо рассудив, что она-то уж точно дорогу обратно найдёт. Собственно, так и произошло – едва я заехала в ворота поместья, как обнаружила свою горничную, которая деловито помогала переселенцам.
