И тут мой взгляд упал на небольшой сувенир, который вручил мне перед нашим отъездом Андрей Рошаль. Я нетерпеливо вскрыла пергамент, и обнаружила под ним доску для письма и целую пачку бумаги с графитовым карандашом. Записка, вложенная в этот подарок, гласила: «Дабы вашим сказам было достойное оформление!»
Я невольно улыбнулась – никогда ранее не задумывалась о том, что мои «сказки на ночь» могут быть кому-то интересны, кроме Лизки с её вечной жаждой приключений и Данки, «страсть, как до жалости всякой охочей»… я подумала немного, прикрепила бумагу к доске для письма, и осторожно вывела на бумаге: «В некотором царстве, в некотором государстве, жил-был царь! И было у царя три сына…».
Наша карета постепенно замедлила ход, а после и вовсе остановилась.
- Повозки гружёные впереди идут… не разменёмся мы… - виновато косясь на меня, поведал наш новый кучер. После ухода Мирко он заступил на этот пост, да только до сих пор робел перед хмурым выражением лица моего дорогого супруга.
Я выглянула в окно кареты и действительно увидела впереди нас две крестьянские телеги, доверху гружёные скарбом. «Не иначе миграция крестьянская началась. Вот интересно, куда они все подались?» - подумала я. Дело в том, что эта уже была не первая телега, встреченная нами сегодня. Ну да ладно. Если они остановятся на постоялом дворе, что стоит нынче на тракте, то непременно узнаем… впрочем, если они задержатся на постоялом дворе возле Подуево, так узнаем тоже…
Вот в таких неспешных мыслях и беседах прошло всё наше путешествия домой.
Опасных сказок, на мой взгляд, я больше не рассказывала, если не причислять к последним «Приключения Робинзона Крузо».
Дубовая Роща встретила нас некоторым оживлением. Сам помощник агронома выглядел донельзя взволнованным и с радостными воплями кинулся к нашей карете, едва завидев её, въезжающую в ворота поместья.
- Слава Семину, вы вернулись, а то мы уже и не знали, что подумать! Хотели, ежели вы до завтра не воротитесь, посылать нарочного… - дядюшка нервно оглядывался по сторонам.
Было совершенно очевидно, что к подобным потрясениям он явно не был готов, и теперь счастлив переложить бремя ответственности на кого-то другого. Оставалось только лишь выяснить, на кого именно, и что это была за ответственность…
Вскоре показались старосты Прежова и Подуево. Особо радостными они не выглядели – скорее, озабоченными.
