Приоткрываю створку чуть шире и вижу до жути страшную картину!
Прямо перед боссом, прямо на коленях стоит некий парень, спиной ко мне. И по звукам, кажется, рыдает.
– Ты правда пытался слить расчётные данные конкурентам? А? Сколько они тебе заплатили, жалкий ты кусок поноса!
Следующий момент я никогда не забуду. Он отпечатается в моих извилинах на долгую память. Замахнувшись, Амир наградил хлёсткой пощечиной стоявшего на коленях пройдоху. Да так жестко, что парень мигом свалился на пол.
Стон. До мурашек! Аж сердце навылет!
В панике сильно-сильно зажимаю рот ладонями, чтобы не завопить вместе с виновником.
Парень вымаливает пощаду! Рыдает. В ноги кланяется и извиняется.
Но босс больше не босс. Теперь он… бездушный Дьявол.
– Увези это дерьмо подальше. Яйца отрежь. Выбей из его туши всю гниль, да так, чтобы имя собственное забыл. И в лес выброси. Пусть дикие звери дожрут.
Я закрыла уши, закрыла глаза, а потом ещё долго молотила себя по щекам, чтобы хоть немного успокоиться! Потому что я только что увидела его истинную сущность и, наконец, поняла, почему все называют Амира Дьяволом.
Не из-за аббревиатуры компании, а из-за его жестокого, хладнокровного характера.
Вытер окровавленный кулак о белый платок, а сам платок бросили в урну. И снова, как ни в чём не бывало, с каменным выражением лица, уселся в кресло, уютно устроившись за огромным письменным столом из темного дерева.
Однако, через минуту Амира потревожил телефонный звонок.
И он в спешке удалился из офиса.
* * *Я старалась не думать о пережитом кошмаре, что случайно обжег не только мои глаза, но и сердце. Всё-таки, тот мужчина заслужил… Раз по делу получил.
Конечно, это не оправдывает действий Амира.
Ужас!
Почему я уже несколько дней подряд думаю о том треклятом событии с угрозами в ответ на предательство. Как бы то ни было, нехорошо подслушивать чужие разговоры. Время подготовиться к долгожданной тайной встрече с Дьяволом.
И вот… этот сладостный момент наконец-то настал.
Как обычно, любимый бес был крайне нежным. Заботился обо мне, ласкал с утра до ночи. Пробовал в разных позах. Даже кончил мне в ротик.
Но все-равно, настроение было никакущим. Он чувствовал грусть в моём поведении, видел страх в глазах. Именно поэтому, усадив к себе на колени, долго гладил, до привычных будоражащих судорог и мурашек по всей коже, нашёптывая на ушко приятные комплименты на арабском и на русском.
Одна фраза на арабском, а затем – перевод.
