Взвизгнув, не на шутку испугавшись, я быстро слезла со стола и… теряя страх, ломая все границы дозволенности, обхватила его голову руками, с волнением взглянув в глаза.
– Простите, ради Бога, простите! Я не хотела… – бормотала снова и снова извинения, не отрывая взгляд от его глубоких, бездонных глаз, в которых случился какой-то неожиданный взрыв.
Слишком поздно я поняла, что натворила. Нет, это не относится к тому, что я вмазала шефу папкой по лицу. Спустя минуту, я поняла, что мы стоим на коленях, на полу, друг напротив друга, и я, нарушив дозволенное «слугам» пространство, нежно-нежно глажу его, по слегка воспалённой щеке, не в силах оторвать взгляд от прекрасных омутов, в которые меня снова и снова затягивает, топит и одновременно душит.
В мгновенно расширившихся зрачках Дьявола я прочла некий инсайт.
Как у хищного кота, когда он увидел выскочившую прямо в его когти мышу.
И там, на дне бескрайних зеркал, я заметила кое-что странное и будоражащее.
Как будто он… только что раскрыл мою самую страшную тайну.
Что я, вовсе не замухрышка Фэр. А его изумительная Хабиби – девочка взрывчатка.
И понял он это по прикосновениям.
По уникальному теплу, которое излучали мои ладони.
И по тому, с какой лаской, с каким чувственным беспокойством я гладила его по лицу, приговаривая тёплые извинения.
Точно также я гладила его в клубе.
Когда Амир, положив голову на мои колени, делился со мной своей тайной болью, своими жуткими страданиями, льющиеся из уст маленького, отвергнутого всеми людьми мира, мальчика-грязнокровки.
* * *Прошло примерно полминуты. Босс не издал ни звука. Казалось бы, даже не дышал.
А затем он вдруг резко отстранился и зашипел, принявшись часто-часто моргать.
– Приберись тут. – С яростью скомандовал и, шатаясь, двинулся к рабочему столу.
Открыл ящик, вытащив оттуда небольшое зеркало и долго-долго расчёсывал подушечками пальцев, слегка припухшие веки, глядя в своё миниатюрное отражение.
– Ну что стоишь и зыркаешь, работай давай!
– Да, да! – дёрнулась, быстро сгребая руками бумаги, возвращая документы на место.
– Простите, Господин Амир. Ещё раз, простите. – Чуть не кланяясь, а сама внутренне хохотала и плясала.
Так тебе, злыдень! Получи!
Наказание от судьбы.
На этот раз Амир и правда перешёл все границы.
Нечего со мной так пререкаться, трепаясь о своих половых достижениях.
