Поэтому уроки проходили примерно так:
– Ты ведь знаешь, как приготовить плацебо-корень, да?
– Конечно. Это все знают.
Тут главное не говорить: «Отлично. Покажи мне», потому что тогда Аннаграмма будет некоторое время тянуть резину, а потом заявит, что у неё разболелась голова. Надо сказать: «Отлично, тогда посмотри, как я его готовлю, а если я вдруг сделаю что-то не так, тогда скажи мне об этом и сделай правильно». А по ходу работы вставить что-то вроде:
– Как ты знаешь, матушка Ветровоск утверждает, что вместо плацебо-корня сойдёт почти всё, что угодно, но по возможности лучше всё-таки использовать настоящий корень.
Если приготовить из него микстуру, получится отличное лекарство от лёгких недомоганий… но ты это, конечно, и так знаешь.
И тогда Аннаграмма скажет:
– Разумеется, знаю.
Через неделю похолодало так, что в чащобах стали лопаться самые старые деревья. Старики говорили, такого уже много лет не видывали. Стволы лопаются, когда соки внутри них замерзают в лёд и разрывают дерево."
"Аннаграмма была тщеславна, как канарейка среди зеркал, и, стоило ей столкнуться с чем-то неизвестным, тут же ударялась в панику.
Но соображала она быстро, и ей здорово удавалось притворяться, будто она знает больше, чем знала на самом деле, а для ведьмы это очень важно. Однажды Тиффани заметила на столе раскрытый каталог «Боффо». Некоторые товары были обведены. Она не стала ни о чём спрашивать. Не до того было.
Спустя ещё неделю замёрзли колодцы.
Тиффани несколько раз ходила с Аннаграммой по домам и убедилась, что та рано или поздно сможет стать настоящей ведьмой.
У неё имелся врождённый дар боффо. Она была высокая и величественная и держалась так, будто всё знает, даже когда на самом деле не имела ни малейшего понятия, о чём речь. Этак она далеко пойдёт. Люди уже к ней прислушивались.
А что им ещё оставалось? Дороги замело. Крестьяне прокапывали в снегу узкие траншеи от дома к дому. Днём эти траншеи заполнял льдистый голубоватый свет. Если надо было доставить что-то дальше, чем к соседям, приходилось везти на метле.
И стариков тоже. Их грузили на мётлы, вместе с постельным бельём, тростями и прочим, и перевозили по воздуху в другие дома. Вместе им жилось теплее, а кроме того, так они могли коротать зимние дни, напоминая друг дружке, что нынешние холода – это ещё ничего, вот во времена их молодости были морозы так морозы…
Потом они перестали это говорить.
Иногда случались оттепели, совсем ненадолго, а потом снова ударяли холода.
