– Прислушайся, и даже отсюда услышишь, как боровы ревут в своём свинарнике. Весну чуют.
– Но ещё даже Страшдество не прошло!
– Страшдество послезавтра. Мой отец говорит, что весна дремлет под снегом. – Петулия вымыла руки в ведре с водой.
«И никаких “эмм”, – заметил Дальний Умысел. – За работой Петулия не “эммкает”». За работой она знает, что делает. Держит голову высоко. Когда она работает, она главная».
– Послушай, мы ведь уже знаем, что дело плохо, и если теперь не попытаемся помочь, то сами будем виноваты, – сказала Тиффани.
– Опять ты про Аннаграмму… – Петулия пожала плечами. – Ладно, после Страшдества я, наверное, смогу навещать её где-то раз в неделю и учить самому простому. Довольна?
– Уверена, она будет очень благодарна за помощь.
– Уверена, что нет. Ты остальных девочек спрашивала?
– Пока нет. Я подумала, если они узнают, что ты согласилась, их будет проще уговорить.
– Ха! Что ж, попробовать и правда стоит – хотя бы для очистки совести. Знаешь, я раньше думала, что Аннаграмма очень умная, ведь она знает много мудрёных слов и умеет творить всякие выпендрёжные заклинания.
Но что она может, если ей приведут больную свинью? Да ничего!
Тиффани рассказала о борове госпожи Повали. Петулия содрогнулась:
– Нет, такого допускать никак нельзя! На дерево, говоришь? Пожалуй, я попробую заскочить к Аннаграмме уже сегодня ближе к вечеру. – Тут она вдруг испугалась. – Госпоже Ветровоск всё это наверняка не понравится. Стоит ли влезать в свару между ней и госпожой Увёрткой?
– Но мы ничего плохого не делаем, мы поступаем правильно, – сказала Тиффани.
– Да и вообще, что она нам сделает?"
"Петулия коротко и совсем не весело хохотнула:
– Ну, к примеру, она может превратить наши…
– Не превратит.
– Мне бы твою уверенность, – вздохнула Петулия. – Ну, ладно. Только ради борова госпожи Повали.
Тиффани летела над верхушками деревьев, иногда задевая ногами тонкие веточки, вытянувшиеся повыше других. День был солнечным, и снег сделался скрипучим и искрился, как глазурь на торте.
Утро выдалось хлопотным. Юные ведьмы, собиравшиеся на шабаши, не очень-то горели желанием помогать Аннаграмме. Да и сами шабаши, как теперь казалось, остались в далёком прошлом. Зима выдалась хлопотной.
– Да мы просто дурака валяли, а Аннаграмма нами верховодила, – сказала Поплина Бубен.
Она готовила порошки из разных минералов и очень осторожно, понемногу, добавляла их в маленький горшочек на подставке, под которым горела свечка.
