Майор юстиции Погорелов, особый отдел «УГРОЗА», оперативный сотрудник, — чеканя каждое слово, громко говорил Сергей, не особо любивший козырять своей должностью и местом работы. Такие, как ты, — позор полиции. Ты что творишь?
Участковый слегка побледнел, сделал несколько шагов назад и, дёрнув плечами, промямлил:
— Ну что вы сразу-то не сказали? Ну я б, конечно, и приехал бы пораньше.
— А почему я должен говорить? У тебя сейчас приёмные часы, а ты разболтан, одежда кое-как висит, и разговариваешь, как будто ты не представитель закона, а пьянь подзаборная, — Погорелов сел на стул и быстро назвал номер КУСП.
— Что ты можешь мне по этому делу сказать?
— Она уже и до вас добралась, — участковый закатил глаза. — Ну с придурью баба."
"— Ты соображаешь, что ты говоришь? У человека дочь пропала. Ребёнок пропал!
— Ага, кобылица эта. Ребёнку было двадцать три года, — участковый подошёл к полке с папками, — я же следователю всё сказал. Она и записку матери оставила. Вот, — он пролистал несколько страниц: «Я ушла.
Не ищи меня. Не хочу здесь жить». Что ещё нужно? Она же совершеннолетняя. Я и закрыл всё это. Нету тут состава.
— А тебя ничего не смутило? Ну, например, что записка напечатана на принтере? А дома у неё только компьютер стоит, — Погорелов чувствовал, как внутри него закипает злоба. — Ты не обратил внимание на её жилище? Она явно любила эту квартиру, поэтому «не хочу здесь жить» явно не в её стиле.
— Да я не был у неё. Мать сюда пришла, мы поговорили, я следаку позвонил, он мне сказал, что делать, — насупился младший лейтенант.
— Понятно, — сказал Погорелов и встал. — Ладно, счастливо оставаться.
Выйдя чётким рубленым шагом, Погорелов набрал номер телефона Лисицыной и всю дорогу до машины расписывал произошедшее.
Когда Погорелов приехал в управление, Лисицына уже ждала его, а Глафира с Кириллом пытались найти информацию по всем поисковым группам, куда обращалась мать пропавшей девушки.
— Анна Михайловна, я плохо верю в такие совпадения, — с ходу начал Погорелов. — С одной что-то случилось, и она поехала до психиатрической клиники.
Куда мы теперь, как на работу катаемся. Вторая примерно в это же время вышла из дома и пропала, — вдруг Погорелов замолчал. — А где вещдоки с квартиры той, у кого муж пропал? — Погорелов вздохнул. — У меня уже все фамилии перепутались.
— У меня есть оцифрованные, — Лисицына развернула к нему монитор, — Кирилл прислал. Тебе достаточно фотографии будет?
— Да, — кивнул Погорелов и быстро пробежал глазами по снимкам.
