Да и тогда далеко не каждый мог их выучить. В длинных цепочках логосов пневматики умудрялись выцепить из совмещения символов знакомые очертания базовых, но бывало и так, что какой-то бытовой логос был совершенно неизвестен — и вот тогда сложный рисунок лежал и ждал своего часа.
Зато стоит мне в будущем увидеть свой логос, как он обязательно окажется в специальном хранилище, где я, правда, не смогу его использовать — разве что при точном воспроизведении рисунка. Но если прикреплю его к семечку — тогда он активируется мысленно, и ничего не надо будет рисовать.
Кстати, как объяснила Нанна, в этом мире всегда ценились пневматики и графики. И графики — это профессия, а не кривая, отображающая изменение данных. Пневматики умели использовать сложные логосы или логосы из хранилища, а вот графики — точно наносить их на любые поверхности.
Я попытался открыть своё хранилище, но пока даже не представлял, как это сделать. За разъяснениями снова пришлось обратиться к девочке, и оказалось, что пока я не запомнил ни одного логоса, то и хранилища у меня не будет.
В общем, надо было дождаться новых весенних холодов и наведаться туда, где можно было поискать бытовые логосы.
— На посохах стражей много логосов! — заметила Нанна. — Их как раз графики рисовали, знаешь ли. Ты в такой посох пневму вбиваешь — и он наносит удар. И у наших стражников именно такие и были. А ещё есть посохи усиления, которые усиливают вложенное, но в этом случае логос ты формируешь сам.
Посох Гронги! Я чуть себя по лбу не стукнул… Ценная штука валялась прямо под нашим обрывом, забытая мною и запорошенная снегом.
И сейчас, когда внизу лились потоки воды, я понимал, что посох мы можем вскоре легко потерять.
— Вот я лопух! — не выдержал я. — Какой же я лопух…
— Я не знаю, что такое лопух, но, видимо, что-то плохое… — вдумчиво заметила Нанна.
— Скорее, совершенно простое и никому не нужное!.. — не став углубляться в разъяснения, буркнул я. — Я забыл про посох Гронги, а его надо срочно забрать.
Он лежит прямо у нас под обрывом, просто его завалило снегом, и я про него забыл!
— Ты что, полезешь прямо сейчас? — ужаснулась Нанна. — Это и вправду серьёзное воровство, Фант! С посохом годами может ничего не произойти!"
"— А когда ещё лезть? Скоро потеплеет, и вылезут скамори. А воровство… Посох сейчас смоет куда-нибудь за пределы скалы, вот тогда и будет он без дела долгие годы лежать, — развёл я руками и принялся спешно одеваться.
