— Город выглядит совершенно разрушенным, — поправила его Мэдди.
Они спрыгнули на землю.
— Игра света. — Каспар достал из кармана очки и надел их. — Когда подъедем ближе, увидим, что все не так.
— Как же ты собираешься подъехать ближе? — спросила Мэдди.
Только сейчас Лина заметила, что дорога заканчивается в нескольких метрах от того места, где они остановились. Раньше дорогу поддерживали колонны, теперь они торчали из земли с перекрученными металлическими стержнями. Дорога превратилась в хаос бетонных глыб.
Продолжить путь грузовик не мог.
Солнце уже закатывалось за горизонт, яркий багрянец неба выцветал. Между разрушенными домами появились клубы серого тумана, ветер подул сильнее. Какие–то белые птицы летали над головой и пронзительно кричали.
— Он был таким прекрасным. Я видела его фотографии в книгах, — вздохнула Мэдди. Лина повернулась и увидела в ее глазах слезы. — Я знала, что он уничтожен, но не до та кой же степени.
— А что с ним случилось? — спросила Лина.
— Это все войны, — ответила Мэдди.
— Должно быть… — Она покачала головой. — Должно быть, они были ужасными.
— А из–за чего воевали? Мэдди пожала плечами:
— Я не знаю.
— А люди, которые здесь жили? Что случилось с ними?
— Наверное, все погибли.
Каспар все хмурился, не отрывая глаз от ушедших в тень руин.
— Утром посмотрим, как попасть в город, — сказал он.
— В город! — Мэдди схватила Каспара за руку и развернула его лицом к себе. — Ты рехнулся?
Каспар вырвал руку.
— Нет.
Мэдди указала на лежащий внизу город.
— Это же километры развалин. Улицы, заваленные кирпичом и осколками стекла! Горы бетона и расплавленного металла! И все засыпано землей и песком, на которых уже выросла трава.
Каспар кивнул, лицо его было мрачным.
— Все так. Это брошенный нам вызов. Ты правильно сделала, убедив меня взять с собой вот эту. — Он мотнул головой в сторону Лины. — Легкая и маленькая, именно она нам и нужна. Придется полазить по тоннелям.
— Нет, Каспар! Ты должен отказаться от этой идеи. Там ты ничего не найдешь, — отрезала Мэдди.
— Могу найти, могу, — возразил Каспар. — У меня есть номера, я все рассчитал. — Он сунул руку в карман, порылся, достал клочок бумаги и уставился на нее. Лина шагнула к нему, чтобы краем глаза взглянуть на бумажку, и увидела, что она была вся черная от слов и чисел, многие из которых были зачеркнуты. — Сорок седьмая восточная, — бормотал Каспар. — Триста девяносто пятая западная. — Его взгляд переходил с бумажки на развалины.
