Это ж так интересно, узнавать новое! Но всякий раз, когда он вспоминал, что учиться эмберитам осталось меньше шести месяцев (чтобы узнать все необходимое для строительства своего города), в нем начинал шевелиться червячок страха.
Чаггер не отвечал на вопросы, только давал указания. Поэтому Дун часто задавал вопросы за обедом. Иногда ему отвечал Ордни, иногда — Марта. Ответы Ордни больше напоминали лекции, Марты — хвастовство. Спустя некоторое время стало ясно, что вопросы эти им надоели, и Дун стал задавать их реже.
Как—то раз после обеда Кении вышел вместе с ним из дома и шепнул ему на ухо:
— Я могу показать тебе место, где ты найдешь ответы на все свои вопросы. Хочешь?
— Конечно, — ответил Дун.
— Прямо сейчас? — Да.
Кении повел его через всю деревню. Дома остались позади, и дорога привела их в дубовую рощу.
— Здесь, — сказал Кении, указывая вперед.
Поначалу Дун увидел над деревьями только длинную линию крыши. Потом они вышли на большой участок земли с каким–то твердым покрытием, которое растрескалось, и из трещин лезла трава.
Слева от этой площадки высилось громадное здание — в нем могли бы разместиться и школа, и ратуша Эмбера, — в торце которого была массивная двустворчатая дверь. Кении направился к ней.
— В древности, — пояснил он, — эта дверь была из стекла, с глазами и открывалась сама, когда видела тебя.
— Быть такого не может, — не поверил Дун.
— Однако было, — ответил Кении.
Прежде над дверью крепились буквы, которые образовывали какое–то длинное слово, а может, и несколько слов, но теперь большая часть букв отвалилась и остались лишь «…УПЕ…АРК…»[1].
— И что это значит? — спросил Дун.
— Не знаю, — сказал Кении. — Мы называем это место «Арк»[2]. Это наш склад. Мы обойдем его с другой стороны.
Он повел Дуна по тропинке вдоль боковой стены к маленькой двери в тыльной стороне здания. Ему пришлось навалиться на дверь: что–то мешало ей открыться.
Дун всматривался в темноте. Все помещение было чем–то забито от стены к стене, до самого потолка.
Он шагнул вперед и ударился обо что–то твердое.
— Тут есть ответы на все вопросы, — сказал Кении.
Постепенно глаза Дуна привыкли к густому сумраку, и он понял, что комната за маленькой дверью забита… коробками?! Нет, книгами. Они валялись грудой, словно кто–то вывалил их из огромной корзины, и они раскрылись, страницы замялись, а обложки загнулись. От них шел запах пыли и плесени. Дун наклонился и поднял одну. Обложка была в пыли.
