Они будут отдавать вам все, что смогут. Но помните — избытка еды у нас нет. Ваше прибытие означает, что нам всем придется есть меньше. — Он оглядел толпу и вздохнул. — С этим все ясно? Есть вопросы?
Все молчали. Потом раздался голос высокого молодого парня:
— Нет, сэр. Показывайте дорогу.
Бен первым вошел в вестибюль старой гостиницы. Дун был рядом с отцом, они шли осторожно, глядя под ноги. Свет проникал только через дверной проем да дыру в стеклянном куполе высоко над их головами. На полу валялись куски штукатурки и мусор, принесенный ветром за долгие десятилетия.
— Этот дом нужно приводить в порядок, — прошептал Дун.
Отец стер с лица паутину.
— Да, но нам очень повезло. Мы могли спать на земле.
Бен повел их налево, в просторную комнату с высокими окнами. Солнечные лучи, высветив повисшие в воздухе пылинки, падали на разбитые плитки пола.
— Здесь была столовая, — сказал Бен.
Из мебели Дун увидел лишь несколько перевернутых стульев со сломанными или отбитыми ножками.
Миновав столовую, они попали в помещение еще больших размеров, с возвышением в одном конце, деревянным полом и высоким потолком.
— Танцевальный зал, — пояснил Бен. — Давным-давно, до катастрофы, на сцене, — он указал на возвышение, — играли музыканты, а здесь танцевали люди.
От портьер остались выцветшие розовые тряпки, частично закрывавшие высокие, до потолка, окна.
— Пахнет плесенью, — вновь заговорил высокий парень. Его сильный голос перекрывал все остальные. — Напоминает мне о доме.
Эмбериты рассмеялись. Действительно, плесенью в подземном городе пахло везде. Знакомый запах успокаивал.
Внезапно Дун вспомнил, как зовут этого разговорчивого парня. Тик — Тик Хэсслер.
В Эмбере, Дун вспомнил и это, Тик возил тележки с готовой продукцией из теплиц в магазины, а мусор из магазинов вывозил на свалку. В Эмбере познакомиться им не довелось, но Дун часто видел, как он, прилагая все силы, вез полную тележку. И тележка у него всегда катилась быстрее, чем у других.
Бен повел их вверх по лестнице, на те три этажа, которые занимали номера.
Они увидели длинные, тускло освещенные коридоры, с дверями по обе стены. Кое-где двери были сломаны или распахнуты. Дун заглянул в некоторые номера. Они почти не отличались друг от друга: окно в одной стене, на полу выцветший, в пятнах ковер, на нем — пара разбитых ламп. В нескольких комнатах остались кровати и другая мебель: комоды с выдвинутыми ящиками, столики, один или пара стульев.
