Я была несколько пьяна, основательно оскорблена и окончательно зла на того, кто идеально подходил на роль объекта для несбыточных девичьих желаний, но едва ли мог назваться достойным собеседником.
– Всего доброго, лорд Арнел, – сказала я на прощание.
И даже сделала несколько шагов, прежде чем остановилась, услышав тихое:
– Вам не следовало входить в мой дом не в качестве гостьи.
Это действительно остановило меня. Это и ощущение разливающейся в воздухе угрозы.
– Я полагаю, – произнес между тем лорд Арнел, – об этом тайном пути вам поведала леди бабушка, и это весьма подло с ее стороны, причем подло по отношению не ко мне – к вам.
Что ж, это заставило меня обернуться и обратить вопросительный взгляд на владельца данного поместья. Но если я надеялась на ответ, то, как и всегда, когда дело касалось драконов, совершенно напрасно.
Потому что вместо ответа я услышала вопрос:
– Что вы совершили, Анабель? Чем довели леди Арнел до состояния лютой ненависти?
Потрясенно моргнув, я развернулась и, не став ничего отвечать вовсе, продолжила путь, чтобы вновь остановиться, едва услышав:
– Мисс Ваерти, это не угроза, впрочем, я едва ли стал бы угрожать той, в кого безумно влюблен, и это не способен увидеть лишь слепой.
Вроде вас. Так вот, мисс Ваерти, предупреждаю, если вы переступите порог моей сокровищницы – вы моя.
Когда я обернулась, шокированная подобным заявлением, дракона в узком пространстве тайного прохода уже не было.
Осталась лишь я, мои подозрения и… чувства, которые никак не желали меня покинуть, вероятно, надолго умостившись в моем сердце.
Увы, я не являлась наивной розовощекой девицей, вступившей в пору своего дебюта, а потому с прискорбием призналась самой себе в том, что весьма неравнодушна к лорду Арнелу. Более чем неравнодушна, и это… разочаровывало. Все же я считала себя куда как более умной и осмотрительной девушкой, пусть угодившей в ловушку профессора Стентона по незнанию, но все же принявшую удар с достоинством. И вот… Где же твое достоинство, Анабель? Где гордость? Где уверенность в себе? Где убежденность в собственной сдержанности и рассудительности?
Несколько мгновений после, находясь в абсолютном одиночестве, я стояла, отрешенно обдумывая сказанное лордом Арнелом.
«Так вот, мисс Ваерти, предупреждаю, если вы переступите порог моей сокровищницы – вы моя»… Весьма патетичное заявление, достойное подмостков столичного театра, но никак не лорда Железной Горы.
Но… Я могла с уверенностью утверждать, что Арнел не лжет.