Я выполняю его просьбу и все же немного смущаюсь, потому что впервые я настолько открыта перед парнем. Но тут он наклоняет свое лицо между моих ног и проводит языком прямо там.
— Т-тимур! — всхлипываю я. К такому я не была готова. Это стыдно, ужасно стыдно, но так хорошо!
Он бесстыдно вылизывает меня, точно мороженое, а я таю, растекаюсь горячей липкой сладостью прямо под его губами и языком. А когда он подключает еще и пальцы, осторожно лаская ими чувствительный бугорок, я вдруг задыхаюсь, сжимаю его бедрами и… кончаю.
Неожиданно для себя. Яркие острые спазмы удовольствия, от которых все еще потряхивает мое тело, не идут ни в какое сравнение с неловкими подростковыми попытками потрогать себя, которые у меня, как и у всех, конечно же были.
— Моя чувствительная детка, — шепчет Тимур, не отрывая от меня взгляда. — Ты просто подарок. Такая отзывчивая, такая сладкая…
Его широкая грудь тяжело вздымается, глаза прищурены и темны настолько, что кажутся порталами в ад, а боксеры натянуты в паху до предела.
Он хочет меня. В самом прямом смысле этого слова. Хочет взять меня — примитивным и древним как мир способом.
Я девственница, я ни разу не была с парнем, и по всем канонам мне должно быть страшно, но сейчас я ощущаю только горячее нетерпение и возбуждение, покалывающее жаром, точно иголочками. Теперь я знаю, как приятно он может мне сделать. Мы с ним вместе шагнем дальше. За край.
— Хочу сделать тебя своей, — низко, протяжно говорит Тимур, нависая надо мной. — Ты готова, детка?
— Да, — шепчу я.
Он жадно смотрит на меня, быстро раздевается, снимая с себя последний клочок ткани, и я наконец вижу Тимура во всей его обнаженной бесстыдной красоте.
— Ого! — я пораженно замираю.
К такому я не была готова. Его огромный крепкий член не идет ни в какое сравнение с теми изображениями, которые показывают в учебнике по биологии, или с тем недоразумением, которое скульпторы приделывают к мраморным статуям.
— Он… такой большой, — лепечу я. — Ты уверен, что он…войдет в меня?.
.
— Уверен, детка, — ухмыляется Тимур. — Еще как войдет.
— Я…
— Доверься мне.
Тимур накрывает меня своим телом, прижимается — и меня перетряхивает с ног до головы от этого нового контакта. Между нами нет ничего, мы ближе некуда — кожей к коже. Это так откровенно, так по-настоящему, так возбуждающе. Он горячий, сильный, его дыхание смешивается с моим, а терпкий мужской запах дразнит и воздействует на меня на каком-то первобытном уровне.
