Однако, боюсь, в этой ситуации утешения были бесполезны. Чем больше я об этом думала, тем больнее становилось. И оставалось радоваться лишь тому, что ночь я проведу в поместье Арнелов и на слезы и сожаления времени у меня не будет. А завтра, завтра, я надеюсь, мне станет легче.
И тут в дверь вновь заглянула Бетси и сообщила:
– Миссис Макстон, эта коварная женщина обманула вас самым коварным образом. Вы видели платье?
– Несомненно, видела, Бетсалин! – возмутилась домоправительница. – Разве я могла бы его одобрить, не посмотрев?
Ничуть не устрашившись грозного вида миссис Макстон, горничная язвительно посоветовала:
– А вы бы надели очки да посмотрели повнимательнее.
Мисс Ваерти, однотонное синее платье?
– Да, но после твоих слов мне хотелось бы взглянуть на наряд, присланный леди Давернетти.
Поднявшись и обойдя стол слева, чтобы не задеть остолбеневшую миссис Макстон, я устремилась за Бетси в свою спальню – охранные заклинания на окнах, новая кровать, смененный балдахин над кроватью, как и весь постельный гарнитур, способствовали моему успокоению, так что отныне я вновь ночевала там.
Бетси, всегда отличающаяся резвостью и энергичностью, поспешила развернуть, видимо, вновь упакованное в коробку платье и приподняла его, держа на вытянутых руках. И вот тогда мы с миссис Макстон с изумлением узрели неимоверную каверзу со стороны семейства Давернетти! Платье, казавшееся изящно расшитым невинными васильками, на деле было украшено так, что васильковая вязь складывалась в надпись: «Я люблю вас, Кристиан!»
И на этом драконье коварство не иссякло!
«Я люблю вас, Кристиан!» – значилось на кружеве, скромно прикрывающем линию декольте.
«Я люблю вас, Кристиан!» – складывалось стежками на поясе, подчеркивающем талию.
«Я люблю вас, Кристиан!» – было выписано множество раз по кругу на подоле.
– Говорила же – очки наденьте! – торжествующе высказалась Бетси.
– Это… возмутительно! – воскликнула миссис Макстон.
В этот момент внизу послышался стук, после открылась дверь, и мистер Уоллан объявил:
– Доктор и миссис Эньо!
Приложив пальцы к занывшим вискам, я приняла решение:
– Бетсалин, ты совершенно права, мое строгое синее платье для данного случая подойдет идеально.
– Но оно совершенно не праздничное! – возмутилась миссис Макстон.
– Согласна, – была вынуждена признать, – но я абсолютно не желаю устраивать праздник для лорда Давернетти, так что обойдемся унылой повседневностью – она мне гораздо милее, чем этот недопустимый наряд.
