Цветок, закрывающий врата.
Я поднесла бутон к лицу, вдохнула нежный, чуть горьковатый, аромат. На миг показалось, что из солнечной серединки на меня смотрят два улыбающихся лица. Но в следующую секунду лица родителей снова исчезли, оставив в сердце лишь тёплую, немного горьковатую нежность.
- А вы заметили, какое синее небо? - раздалось откуда-то хриплое. - И трава... вы когда-нибудь видели такой. зелёный?!
Следом появился знакомый пузатый стражник, выбирающийся из пещеры. Олаф подал руку Марыське, затем помог выбраться другим.
Будто не замечая нас, люди восторженно обсуждали новый мир.
Их послушать, так прежде и рядом не было ни таких красок, ни запахов. Я впервые видела, как в глазах стольких мужчин стоят слёзы, как взрослые, зрелые и даже очень пожилые люди смотрят на мир с давным-давно утраченным восторгом ребёнка.
Прочитав в моих глазах немой вопрос, Ланкеш вдруг улыбнулся.
Правда, когда обернулся к Эйнару, улыбка вновь исчезла с его лица.
- Это самое малое, что может дать мистик, - сказал он серьёзно.
- Когда любовь переполняет её, каждый, кто греется в лучах её любви, начинает видеть мир её глазами, чувствовать его таким, каков он есть. Небесные девы, спустившись на землю и приняв чуждую им природу, не утратили своей чистоты. Вот почему они так драгоценны. Вот почему Благословенным Веком звалось время, когда мистик жили среди людей и одним своим присутствием дарили всем волшебство.
После долгой паузы заговорил зеленоглазый.
- Я не сделал ничего, чтобы получить твою любовь.
Не заслужил тебя. Но клянусь в присутствии твоего отца и твоего войска, я смогу стать достойным твоей любви. Я.
- Я, я, - нервно перебила Маланка. - Девочка ещё даже учёбу не закончила.
- Девочка, к слову, учёбу и не начинала, - в тон Маланке подсказал Ивасик.
- Я тоже хочу в чародейскую школу! - горделиво заявила Сольвейг.
- Я готов ждать, сколько понадобится! - сообщил Эйнар и все рассмеялись, потому что получилось так, словно он готов ждать меня, пока Соль не выпустится.
- Ну уж на такой длинный срок я сама не согласна, - вырвалось у меня и губы помимо воли растянулись в улыбке.
Эпилог
Осень позолотила кроны деревьев, окутала стволы бархатом мха. Разбавила сладость воздуха ароматом прелой листвы и грибов.
- Йенни? Готова, егоза? Тут Г ритко с Митрой приходили, помимо Аньшанки с бабами, за неслухами в столице присмотреть просили.
Я рассмеялась и высвободилась из объятий зеленоглазого.
