– Коренная и самая интересная проблема детектива, как писал Борхес в конце тридцатых годов… Эдгар По… Затем Гастон Леру «Тайна желтой комнаты»… А какой изящной оказывается разгадка у Джона Диксона Карра в его романе «Три гроба»! Там человека в закрытой изнутри комнате убили на самом деле не в ней, а раньше… Его ранили, он из последних сил дотащился до дома, заперся и помер… В последнее время, жаль, авторы измельчали… У Эда Макбейна, например, проблема запертой изнутри комнаты решается с помощью деревянного клина, который на самом деле вбит в дверную щель снаружи… Как плоско, как примитивно!.
. Ты, кстати, проверил: ничего подобного в твоем случае не было?
– Проверил. Никаких следов, никакого клина. Защелка в самом деле была заперта изнутри.
– Да… – словно бы не услышал меня полковник. – Нет уже той фантазии, того полета… Современные авторы вообще несут околесицу, – продолжал свои литературоведческие изыскания полковник. – Эта нынешняя писательница, дамочка… Как ее… Виктория Платова, что ли… Она вообще утверждает: людей в наглухо запертой комнате убивала, оказывается… картина!.
. Вообразите себе, картина!.. Полотно, видите ли, убийца покрывал ядовитыми красками – они испарялись и отравляли хозяина… Надо заметить, что, во-первых, подобных ядов в природе не существует, а во-вторых, писательница нарушает один из основополагающих принципов «конвенции детективных писателей», которую предлагала принять еще великая Агата Кристи: убийство не должно совершаться при помощи неизвестных науке ядов!.
. Эх, молодость-молодость… Пойдем дальше. Другие современные авторы – как их там звать?.. Соавторы, брат с сестрой… Нет, не припомню… А романчик называется претенциозно: «Звезды падают вверх». Там тоже находят труп в наглухо запертой комнате… Но в конце книги выясняется, что труп на самом деле был вовсе даже не труп, а всего-навсего инсценировка убийства… Инсценировка – ради того, чтобы поймать американского шпиона… Эк навертели!.. Каково, а?.. Кстати, в твоем случае инсценировки не было?
– Никак нет.
Я своими глазами видел кровь и собственноручно слушал пульс. Пульс не прощупывался.
– Впрочем, мы отвлеклись, – сказал полковник, и я вздохнул с облегчением: литературоведческие изыскания, слава богу, закончились. – Расскажи-ка мне как можно более детально, что каждый из троих подозреваемых делал сразу же после того, как вы увидели труп.
– Лоре стало плохо. Она выскочила из комнаты. Жорик пробормотал: «Пойду помогу ей» – и тоже вышел.
