Пытается что-то сказать насчет общаги, стучит по моей руке кулачком, но мне решительно плевать на ее слова, и вырваться из хватки ей не удается.
Я сам натягиваю на нее шапку и набрасываю шарф. Под локоть вывожу из магазина. Едва мы выходим на улицу, Воробышек перестает возмущаться и впадает в какую-то вялую прострацию. Убито бредет к заполненной машинами стоянке, позволяя без спора подвести себя к крутой тачке Бампера.
– Садись, – я распахиваю перед птичкой дверь автомобиля и усаживаю девчонку внутрь. Завидев вытянутую от удивления физиономию парня, устало замечаю:
– Кончай папироску, Рыжий, не видишь, дама в салоне.
Поехали! – командую, опускаясь на соседнее с водителем сиденье, взглядом обрывая его неуместный смех.
Бампер заводит мотор, срывается с места и выруливает на проспект. Вздергивает в сомнении темную бровь, закрывая окно и приглушая музыку.
– Люк, я о чем-то не в курсе?
– Есть такое, – отзываюсь я. – Давай ко второй университетской общаге. Знаешь где?
– А то! Сделаем, – кивает парень и косится с интересом на скрытую тенью девушку.
– Еще бы не знать, – усмехается многозначительно, – сколько приятных воспоминаний…
– Нет, – решительно сипит Воробышек. – Люков, не надо к общаге. Давай лучше к вокзалу, – просит, внезапно кашляя в кулак. – Я все равно не могу пойти домой.
– Почему? – бесцветно спрашиваю я. Ее выбор, по меньшей мере, выглядит странным, и я раздраженно цежу из себя. – Мне кажется, тебе нужен врач, птичка.
– Потому что! – недовольно отвечает девушка. – Если бы ты меня слушал, Люков, ты бы услышал почему.
Потому что у Тани, девушки, с которой я живу, сегодня ночное свидание в нашей комнате. И не ее проблема, что тебе взбрело в голову сорвать меня с работы!
– Ясно, – я отворачиваюсь и бросаю Бамперу. – Ну, к вокзалу, так к вокзалу. Только на набережную сверни, Рыжий, к залу ожидания.
* * *Придорожные фонари мелькают за окном машины так быстро, что сливаются в одну сплошную полосу света, нещадно бьющую по глазам. Водитель с дорогой не церемонится, и машина летит по проспекту, а затем по набережной хищной птицей, обгоняя лениво ползущие автомобили и ловко проскакивая на вечнозеленый глаз светофора.
Я не люблю быструю езду, и сейчас, когда к боли в горле добавляется режущая боль в висках, а к бухающей на низких частотах музыке – протяжный рык двигателя, к горлу подкатывает тошнота и заставляет меня закрыть глаза, откинувшись затылком на мягкую спинку сиденья. Мне все равно, кто меня везет, и куда мы едем.
