– Заодно и за доставку до общаги поблагодаришь. Да и реанимировал тебя после слоновьей дозы текилы тоже он, правда, с другом. Похоже, в спиртное дрянь какую-то подмешали, пришлось тебе промыть желудок. Но ты не переживай, Жень, – реагирует Колька на мой ошеломленный взгляд живым сочувствием. – Я был рядом и все контролировал! Твоя честь осталась нетронутой!
– Какая честь, Невский? – тяну я, не зная, что и думать. Хотя теперь понятно, откуда на мне оказался свитер Люкова. Похоже, одевал меня тоже он. – Шутишь? – бормочу потерянно.
Ок! – Хуже такого стыда и быть ничего не может.
Взгляд Кольки неожиданно тухнет, а губы сжимаются в твердую линию.
– Может, птичка, – серьезно замечает он. – Потому и поговорить хочу. Я тебя люблю, как друга, и не хочу, чтобы тебе было больно. Понимаешь, о чем я?"
"– Не совсем, Коль.
– Люков темная лошадка, не для такой девчонки, как ты.
Неожиданно, но сказать, что Невский застал меня врасплох своими словами и удивил, – соврать себе. Однако щеки помимо воли вспыхивают у скул предательскими пятнами румянца, не позволяя отшутиться в ответ на сказанное парнем.
– Между нами ничего нет, Коль. Ты же знаешь, – я заставляю себя беззаботно улыбнуться, – Илья со мной просто занимается, да еще и не по своей воле. Мы с ним скорее друзья… – Невский смотрит так пристально, что я, не выдержав, отвожу взгляд. – Наверно.
– Вот именно, что наверно, Жень. И врать ты совершенно не умеешь.
– Коль, перестань, это же смешно – я и Люков! – я беру себя в руки, пытаясь быть смелой. – Нарьялова придумала, а все поверили.
Серые птички, подобные мне, не привлекают таких парней, как Илья – слишком много рядом ярких девчонок. Мне среди них делать нечего! – Я со значением фыркаю, но получается откровенно жалко.
– Я бы так не сказал, Воробышек, не принижай себя, особенно после того, что сам видел. Скорее грустно. Сегодня грустно, а завтра может быть больно и обидно. И куча ноющих осколков в груди.
Мне нечего сказать, и Невский говорит за меня сам.
– Я видел, как он смотрел на тебя, когда ты танцевала.
Да и после тоже, я не слепой. Черт, Женька! Я сам такая же сволочь, как он! И, если представляется случай, легко лезу под юбку…
– Перестань, Невский, городить ерунду! – я почти сержусь, толкая друга в грудь. – И слушать не хочу! Ты не такой!
– Да ладно, Воробышек, с чего вдруг? – Лицо Кольки пересекает ехидный оскал. – Только потому, что я твой добрый приятель, и тебе нравится думать, что я хороший и правильный?.. – парень смеется, запрокинув голову.
