И мне хотелось верить, что когда-нибудь, когда я вырасту и стану свободным…
– Ты тоже дракон, и со временем научишься летать.
– Нет! – мой голос излишне резок и груб, и неожиданно срывается в крик, больше похожий на всхлип. Появление человека застает врасплох – я еще не научился хорошо владеть собой.
– Да, если станешь достаточно сильным, чтобы удержать небо под крыльями.
– Я не смогу, зачем ты врешь? Люди не бывают драконами.
– Бывают, но только самые смелые люди. Вчера я видел, как старшие ученики обижали тебя.
Ты уже дракон, малыш, хотя все еще открыт страху.
– Они злые и сильные, я ненавижу их!"
"– Ты сильнее, просто мал еще. А страх питает не только твою злость. Ты другой, и им это не нравится.
– Они надо мной смеются, говорят, что я похож на тощего цыпленка со смешными волосами. Учитель бреет мне голову, а я не хочу. Хочу назло всем отрастить косу, как у тебя.
Он смотрит на меня и качает головой. Садится в траву, подзывая к себе. Просит показать бумажную игрушку:
– Красивый дракон, малыш. Дашь посмотреть? Хочешь, мы подарим ему настоящие крылья?
Этот странный бродяга-чудак появился в школе еще вчера.
Невысокий худощавый человек с проницательным взглядом черных глаз, в пыльной дорожной одежде и заплечной сумкой, набитой тряпичными куклами. Не знаю, почему учитель Цзяо и сторож Хун не прогнали его. Может, из-за того, что его босая ступня кровила? А может, из-за располагающей улыбки на обыкновенном лице или ловких рук, на потеху ученикам складывающих из примятых листов дешевой бумаги причудливые фигурки зверей?
Мы все вышли посмотреть на импровизированный спектакль, разыгранный бродягой в лицах прямо у порога нашей фанзы, хотя учителю это и не понравилось, но он промолчал и наказал лишь того, кто стащил у бродяги «золотого» дракона, и я до сих пор не могу понять: почему?
Кукол было много.
Размером с кулак, с ладонь, даже с локоть – красный двухголовый змей, – но я сразу отметил ее – желтую фигурку с крыльями и гребнем, расшитыми золотой нитью, красиво порхающую в пальцах незнакомца.
На пути добра одолевшую злодеев и возвысившуюся над всеми.
– Больно? – интересуется человек, и я привычно стараюсь не выдать себя взглядом. Вскакиваю на ноги, вскидываю к подбородку кулак, когда он пытается прикоснуться к моей спине.
– Нет.
– А если правду?
– Не твое дело!
– Я тебе друг, малыш, другу можно доверить все, даже боль. Смотри! – он встает и подбрасывает далеко вверх бумажного дракона, и тот солнечной вспышкой исчезает в летней листве деревьев.
