– Все сказала?
– Нет, подожди! – Иркина рука так и не отпускает мою, а пальцы другой вдруг касаются моего живота. Она приближается вплотную и громко шепчет, пользуясь тем, что внимание зрителей на балконе отвлечено от нас сумраком ночи и сверкающими в небе фейерверками. – Ты небезразличен мне, Илюш, до сих пор. Я хочу все вернуть. Мы хотим, я же вижу, я чувствую. Ты стал таким уверенным в себе, таким сильным, а я так соскучилась…
Ее лицо запрокидывается, грудь выгибается… и я не выдерживаю. Я шиплю, выхватив за грудки из толпы, уже минуты две как вышедшего на балкон и молчаливо наблюдающего за нами Яшку.
– Яшка! Иди сюда! Забери от меня эту чертову суку, иначе я за себя не ручаюсь. Кому говорю!
Я цежу слова сквозь зубы и грубо толкаю брата вперед, но наследник не злится. Он весело хлюпает носом и нервно чешет висок. Говорит, впиваясь в рукав серебристой шубы, обнимая девушку за шею:
– Что, опять за устройство личной жизни принялась, да, Ирка? Ай-яй-яй, нехорошо! Не твой сегодня день, дорогуша, не твой.
Давай, пошли-ка отсюда. Сейчас выпьем по бокальчику чего-нибудь крепкого и станем со стариной Донгом гадать. Вот выпадет тебе семья – так и быть, женюсь! Нарожаешь мне кучу деток – таких же моральных придурков, как я, повеселимся с дедом всласть.
– Заткнись, урод! – шипит Ирка, но из хватки жениха не вырывается. Устало прильнув к мужскому плечу, бросает злое и резкое, на остатках самообладания, наплевав на Яшку: – Что, неужели она лучше меня в постели, а, Илюш? Неужели?
– Лучше, – отрезаю я и наконец оставляю когда-то бывшую мне близкой девушку с тем, кого она по праву заслужила.
Отгремел фейерверк – далекий и высокий. Запущенный в небо из дальнего конца сада, чтобы не вспугнуть лошадей, но от этого не менее красочный. Я застаю еще несколько сверкающих вспышек, разлетевшихся под небесами звездными искрами, и смотрю на них, сунув руки в карманы, подойдя к девчонке, но так и не обняв ее. Иркины слова о неверии дробью засели в голове, и я не знаю, как правильно подступиться к воробышку и что сказать.
– Люков, ты совсем замерз в одной рубашке. Пойдем отсюда, – отзывается птичка первой, разворачивается и подходит к официанту. Вернув чашку и плед, благодарит парня улыбкой. – Спасибо, чай был очень вкусный и горячий. Еще раз с Новым годом вас!
Она не смотрит мне в глаза, просто выходит за двери и ждет, рассматривая гостей, когда я присоединюсь к ней.
