Уверенно и спокойно, не таясь от Ирины. Так, словно ничье мнение для него не важно.
– Что я должен сделать, Воробышек? Скажи.
И я отвечаю, не задумываясь, вспоминая давно заученный протокол:
– Для начала встать и спросить разрешения на танец. Затем, предложить руку. Илья, – прихожу в себя и смотрю на него, – но ты вовсе не должен. Если это правда и ты действительно…
Он встает и предлагает мне ладонь. Спрашивает, хотя и так понятно, что я не откажу ему:
– Воробышек, ты потанцуешь со мной? Пожалуйста.
И я выдыхаю, глядя в темные глаза, с благодарной улыбкой сбрасывая с плеч нечаянный груз Иркиного сарказма:
– С удовольствием!"
"Забыты Ирина и Дмитрий Ряднов. И достоверная недостоверность. Он сказал, что я могу рассчитывать на него, и не обманул. Невероятный, непредсказуемый Люков! Я отдаю на его волю свои пальцы и иду, влекомая парнем и пристальным взглядом, на середину зала. В центр сумасшедшей, глянцевой красоты палисандрового паркета.
Мы проходим мимо Якова и Романа Сергеевича, и оба провожают нас глазами.
Мимо снующих по залу гостей. В гостиной стоит музыкальный автомат – дорогая эксклюзивная игрушка, сделанная под знаменитый «Джум-Бокс» сороковых годов, и Люков неторопливо подводит нас к нему.
В автомате давно нет пластинок и черно-белых западающих клавиш. Тонко царапающей винил иглы. Сегодня – это цифровой компьютер, хранящий в себе несколько тысяч музыкальных и видеофайлов, способный в любую секунду воспроизвести «на бис» все, что угодно, и все же фасад остался прежним – теплое дерево и перламутр.
Гости танцуют – звучит волшебный голос Робби Уильямса в дуэте с Кайли Миноуг, но это не останавливает парня. Он опускает мою руку на панель управления сегодняшнего «Джум-Бокса» и выдыхает в висок:
– Выбирай.
– Ну же, Воробышек, смелей, – повторяет, когда я с удивлением кошусь на чудо техники, не решаясь прервать последние аккорды мелодии. – Тебе придется учить меня, птичка, без тебя я пропаду.
Сделай это с комфортом для себя.
Он говорит искренне, я чувствую это по тону голоса и выражению его глаз, и с готовностью прихожу на помощь.
– У нас все получится, Илья, – уверенно выбираю композицию Джона Ньюмена «Out of my head», поддавшись внезапному настроению, и поворачиваюсь к Люкову. – Ты веришь мне?
Он молчит, не отводя взгляда, и я принимаю это как согласие. Легко нахожу его пальцы и увлекаю за собой.
