Он ничего не отвечает, а просто смотрит на меня, и я, вконец смутившись под его прямым взглядом, натягиваю шапку на висок и киваю на выход, демонстративно поднося к глазам наручные часы:
– Кажется, я обещала тебе помочь выбрать елку и приготовить что-нибудь. Пойдем? Мне еще к девчонкам в общежитие к десяти успеть надо. У нас сегодня намечается грандиозный девичник у телевизора. Будут сплетни, мужской стриптиз и гадание, так что опаздывать нельзя. Или ты передумал?
– Нет, не передумал, птичка, не надейся, – Илья вслед за мной шагает с места и вскидывает темную бровь.
Хмыкает недоверчивою. – Мужской стриптиз в женской общаге? Ты серьезно?
– Ага, – отвечаю я. – Самый настоящий.
– И куда же смотрят бдительные вахтеры и стражи правопорядка, пока горячие парни совращают юные души в тесных казенных каморках? – удивляется Люков. – Неужели присоединяются? Надо думать, это забавное зрелище, Воробышек, эдакий совместный просмотр.
– Туда же, куда и взрослые девушки, желающие себя чем-то развлечь, – улыбаюсь я, – в голубые экраны.
Стриптиз по городскому молодежному каналу показывать будут – реклама от клуба «Альтарэс», кажется. Брат соседки в клубе барменом работает, они в честь праздника шуточный ролик сняли. Лиля нам все уши прожужжала дебютом старшего брата, так что не посмотреть, какой бы несовращенной ни была моя душа, не получится.
Мы выходим за пределы крытого паддока и я подбегаю к месту, с которого Люков внезапно «украл» меня.
Седовласого мужчины не видно, как и его партнеров, освещение манежа заметно тусклее, я оглядываю место, где осталась лежать выскользнувшая из рук сумка и удивляюсь:
– Странно.
– Что случилось, Воробышек? – спрашивает остановившийся рядом Илья.
– Не знаю, – признаюсь. – Я точно помню, что выронила сумку здесь, а теперь ее нет. А там ключи от комнаты, от дома, паспорт и… – «джемпер, странно пахнущий тобой», едва не срывается с языка. – Неважно, – отмахиваюсь я.
– Как думаешь, мог твой отец поднять ее? Даже не знаю, что и думать. Вряд ли в этом доме кто-то способен всерьез позариться на мое барахло. Разве что Роман Сергеевич из вежливости подобрал, чтобы не валялась бесхозной. Но тогда надо бы разыскать его.
– Чертов старый лис! – сплевывает себе под ноги Люков и решительно разворачивается к дому. – Догоняй, Воробышек! – командует за плечо, и я послушно увязываюсь следом.
