А лучше попросту проигнорировала бы вызов девушки, тем самым вынудив толпу возмущенно пошуметь и переключиться на кого-нибудь другого. Подобное случалось в истории клуба, и не раз, простили бы и Воробышек. С чего вдруг птичке вздумалось потакать капризам блондинки на глазах у всех, какой бы ни была причина размолвки?.. Видимо, дело в гордости и упрямстве, понимаю я, и в сотне веселых сокурсников, отлично проводящих время за подобным развлечением. Я громко чертыхаюсь и спешу добраться до Зуева, чтобы перекрыть парню доступ кислорода к атрофированному мозгу раз и навсегда.
Спешу успеть раньше, чем придет черед птички ступить на танцпол и подвергнуться испытанию.
– Люк! Эй, Люк! Да подожди ты! – впивается в меня рука Андрюхи, и я неохотно останавливаюсь. Раздраженно стряхиваю с себя рывком его пальцы.
– Чего тебе, Шибуев?
– Это ведь из-за тебя они, да? – озаряется пониманием ситуации друг. – Из-за тебя сейчас сцепятся? Ну ты даешь, Илюха!
– Что ты несешь?
– Лажаешь, говорю, мудак белобрысый! Ладно бывшую друга за его спиной поимел, Лизка всегда была не против, лишь бы поимели красиво, но когда это ты успел отказаться от такой девочки, как сероглазая?
Я разворачиваюсь и расталкиваю с пути каких-то парней.
Посылаю Шибуева с его глубокомысленными выводами на хрен.
– Люков, дай девчонке шанс, раз уж тебе все равно! – Андрей вновь достает мое плечо, и я выдергиваю его за ворот из толпы, ставлю перед собой и шиплю в лицо:
– Какой на хер шанс, Шибуев? О чем ты? Хочешь, чтобы птичка у всех на глазах сломалась на твою потеху? Это развлечение не для нее и точка.
Не лезь! – отшвыриваю Андрюху от себя, поворачиваюсь к танцполу и вдруг чувствую, как у меня замедляются шаги и застывают мышцы…
У Воробышек красивая девичья осанка и мягкая поступь. Следовало бы догадаться, что у нее пластичное тело. Я так часто в университете ловил себя на том, что выискиваю гибкую фигурку девчонки в толпе взглядом, а выхватив, бездумно провожаю, не желая отпускать с глаз, что сейчас почти не удивляюсь застигшему меня врасплох виду птички.
Виду тонких пальцев девчонки с розовыми ноготками, медленно скользящих по внутренней поверхности бедра, очерчивающей перед ней полукруг ноги. Она смело раскрывает себя, поднимает голову и вдруг, сорвавшись с места, оказывается в центре танцпола, уверенно и смело раскинув руки. Толпа удивленно замирает, Воробышек улыбается, а я… я, кажется, с первым ее движением перестаю видеть и слышать окружающий мир людей.
