— И что же беспокоит людей, Кнуд?
— Ну…
Но не успел Кнуд сказать и слова, как его вдруг перебил молчавший до этого момента Свен:
— Разреши мне сказать, Соленый Ворон.
Я взмахнула рукой в ответ и посмотрела на юношу.
— Люди скорбят, — тихим голосом произнес он. — Скорбят по погибшим. Особенно вдовы из твоей деревни.
— А ваши?
— Среди вас было много тех, кто вырос в нашем краю, — кивнул он. — В том числе и мой брат. Люди в отчаянии из-за войны и бедствий.
— Каких это бедствий? — спросила я, откидываясь назад и ложась на земляной пол.
— Нашу деревню поразило поветрие. Многие умерли, а лекаря среди нас не было.
— Поветрие? — услышав это неприятное уху слово я встала на ноги и подошла поближе к Свену, словно пытаясь получше его слышать. — Чем оно было?"
"— Волдыри покрывали кожу, — подал голос Кнуд и обернулся ко мне, указывая пальцем на оспины на своем лице. — Мы разрезали их и промывали водой, но это помогало не всем. Через неделю после начала болезни человек впадает в горячку и умирает.
Я прислонилась к стене, скрестив руки на груди.
Не хватало нам еще и эпидемии, черт бы их побрал.
С другой стороны, все они выглядят хоть и потрепанно, но все-таки здоровыми. Скорее всего, они не принесли чуму с собой и даже обрели к ней иммунитет. Впрочем, как знать, чем люди могут заразиться на этих болотах?
— Такие? — спросила я его, засучив рукав. На предплечье у меня к этому моменту надулся гнойник, прямо в месте укуса комара, а вокруг него медленно появлялись новые.
— Нет, — Кнуд покачал головой, — кровяные.
Черт. Значит у них и иммунитета нет.
— Хьялдур, а что это за болезнь тогда? — я обернулась к друиду, но тот лишь пожал плечами.
Если подумать, то в ней не было ничего страшного. Да, укусы комаров начинали гноиться спустя пару дней, однако ничего более. Волдырь появился у меня несколько дней назад, однако я все еще чувствовала себя нормально, не было даже намека на температуру или иные симптомы.
С другой стороны, вокруг места заражения появляются и другие волдыри, что уже гораздо серьезнее.
Вылечить заражение крови мы точно не сможем.
В любом случае, сейчас у меня наконец-таки ясно вырисовывается задача на ближайшее время.
Во-первых, мне необходимо вселить надежду в сердца людей. С такой задачей справляются те, кого можно отнести к типажу харизматических лидеров — Гитлер, Ленин, Муссолини… Что, впрочем, довольно скверные примеры. Хотя, если подумать, до этих самых пор я вела себя именно как первый, что не могло не пугать.
