В первый раз он сказал, что его зовут Эл Рейнольд, а потом забыл и во второй раз представился Элом Рэндольфом. Он тоже из полиции?
— Никто из нас не работает в полиции.
— Мистер Старк…
— Стокс, — поправил Браун.
— Маленькая проверка, — улыбнулась Джерри. — Мистер Стокс…
— Артур.
— Артур, у меня нет того, что вы ищите. Поверьте. Если бы было, то я бы продала это вам. За хорошую цену, конечно.
— Цену можно назначить хорошую.
— Что значит “хорошую”?
— Назовите сами, — предложил Браун.
— Ну хорошо, вы видите ту картину Олбрайта, вон на той стене? Размером она приблизительно в четыре квадратных фута, и галерея получит за нее 10 тысяч долларов.
Рядом с ней картина поменьше, это Сандрович, стоит пять тысяч. А вон та крошечная гуашь на дальней стене стоит три тысячи. Какого размера ваша фотография, Артур?
— Понятия не имею. Мы говорим о целой фотографии или о той части, которая есть у вас?
— Обо всей фотографии.
— Пять на семь? Шесть на восемь? Я только прикидываю.
— Значит, вы никогда не видели фотографию целиком?
— А вы?
— Я никогда не видела даже того крошечного кусочка, который вы ищите.
— Тогда откуда вы знаете, что он крошечный? — спросил Браун.
— Во сколько вы с вашим приятелем его цените, Артур? Крошечный или какой-нибудь еще?
— А он у вас есть?
— Если я сказала “нет” ему, то почему я должна сказать “да” вам?
— Может быть, я внушаю больше доверия?
— Конечно, вы только посмотрите на него — вот он, черный супермен. — Джерри улыбнулась. — Быстрый, как катящийся арбуз, и способный одним махом перепрыгнуть самого здоровенного громилу…
— …который в обычной жизни, — продолжил Браун, — скромный Артур Стокс из журнала “Эбони”.
— Кто вы на самом деле, Артур, в обычной жизни?
— Страховой инспектор, я ведь уже сказал вам.
— Ваш приятель Рейнольдс или Рэндольф, или как его там, совсем не похож на страхового инспектора.
— На свете нет двух одинаковых страховых инспекторов.
— Верно. Только полицейские и воры выглядят и разговаривают одинаково. Вы и ваш дружок — полицейские, Артур? Или воры? Кто?
— Может быть, один из нас полицейский, а другой — вор.
— Кем бы вы ни были, но у меня нет того, что вам нужно.
— Думаю, что есть.
— Вы правы, — произнес чей-то голос сзади. — Есть.
Браун обернулся. Дверь в противоположной стене была распахнута, а на пороге стоял блондин в коричневом костюме, положив руку на дверную ручку. Рост — около пяти футов десяти дюймов, жилет под пиджаком, очки в золотой оправе, галстук в коричневую и золотую полоску.
